— Не могу знать! Следы спутаны!
— Где находится труп?
— В селе Мариновке, при становой избе.
— Это все, что мне нужно было узнать, — произнес Холмс, записывая полученные сведения в свою записную книжку.
— Отдохнуть или удариться сегодня же в путь? — рассуждал между тем вслух Венгеров.
— Но, конечно же, сегодня! — усмехнулся Холмс. — Если бы в моем распоряжении были перевозочные средства, я выехал бы через час!
Это замечание, видимо, пристыдило участкового начальника, привыкшего, по–сибирски, делать все вразвалку.
Он быстро вскочил на ноги, приосанился и крикнул:
— Ваша правда! Какого черта сидеть на месте! Эй, Карпов! Живо на почту, чтоб была сию же минуту тройка перекладных! Да забеги по дороге в лавки, купи там все необходимое в дорогу.
— Что прикажете купить? — спросил Карпов, на голове которого в один момент очутилась фуражка.
— Ах, господи! Неужели впервые едешь со мною? Возьми консервов, круп, масла, соли, сухарей, хлеба, спичек, коньяку, рому, черта, дьявола! Пошел вон!
Урядник как ошпаренный выскочил из избы.
V
Лишь только Карпов скрылся за дверью, мы приступили к сборам.
Чемоданы наши были открыты, нужные вещи отобраны и переложены в маленькие саки, которые были совершенно необременительны в дороге.
В случае надобности мы могли бы уместить весь наш багаж на собственных спинах.
Затем было осмотрено оружие.
У нас с Холмсом был порядочный запас такого добра, и мы отложили себе по одной легкой магазинке, по паре десятизарядных револьверов и по охотничьему кинжалу.
Венгеров вооружился почти так же, как и мы.
Зарядив револьверы и набив патронташи ружейными и револьверными патронами, мы спрятали остальной запас в саки.
Вскоре на улице раздался звон колокольчика, и почтовая тройка остановилась у крыльца.
Карпов вошел в горницу, неся корзины с провизией и вином.
Все это было упаковано самым тщательным образом в несгораемый сундучок, обтянутый кожей морской собаки, и, разместив вещи в просторном возке, мы все четверо заняли свои места.
Карпов запер свой домик на замок, запер ставни и, передав ключи вышедшей во двор хозяйке, заявил, что все готово.
Тройка дрогнула и быстро помчалась, подгоняемая кучером–бурятом.
— Жарь вдоль линии на север! — скомандовал Венгеров.
Кибитка была просторная, сена в ней было навалено вдоволь, и ехать было удобно.
А дивные пейзажи, то и дело меняющиеся картины и чудный день делали путешествие совершенно незаметным.
Меняя лошадей на каждой станции, мы к вечеру доехали до поворота железнодорожной линии на восток и, покинув ее, устремились к северу по направлению к Туркинской и Баргузину.
Не доезжая верст сорока до селения Туркинского, мы заночевали на одной из станций и с рассветом тронулись дальше.