– Ну, так что же с вами произошло, Джимми?
– Это не ваше дело, мистер Холмс, – зло ответствовал Джимми. Чувствовалось, что он всеми силами старается не ответить более грубо.
– А может, уже моё? – улыбнулся мой друг. – Не валяйте дурака, Джимми. Вы поможете мне, я помогу вам.
Тот недоверчиво посмотрел на Холмса, который, несмотря на беспечный тон и улыбки, был совершенно серьёзен.
– Может, угостите сигаретой, мистер Холмс?
Холмс, не говоря ни слова, достал из кармана серебряный портсигар и раскрыл перед нашим собеседником. Джимми не спеша, явно затягивая паузу, достал сигарету и закурил. Сделав несколько затяжек, начал говорить. Его голос звучал уже более миролюбиво, от злобы не осталось и следа.
– Ладно, я всё расскажу, хотя и сам мало что знаю. Случилось это полтора года назад. А ведь действительно, полтора года уже пробежало, – Джимми удивлённо и искренне засмеялся. – Как раз вчера эта дата была.
Он развеселился и уже хохотал без удержу. Холмс спокойно ждал, улыбаясь.
– Мистер Холмс, – еле выговорил Джимми, – я вчера себе праздник устроил просто так, а оказалось, была дата…
Он замолчал, а потом серьёзно продолжил:
– Я плохо помню, как всё произошло. Я сидел недалеко отсюда на Альфа-роуд и подсчитывал дневной улов. Мне тогда повезло, – он вздохнул. – Да, повезло, – он замолчал, устремив взгляд куда-то в землю. Потом очнулся:
– Всё произошло очень быстро. Мне накинули мешок на голову и заломили левую руку так, что круги пошли перед глазами, а мордой ткнули в грязь. Хоть и был мешок, но жижа-то быстро сквозь него просочилась. Мистер Холмс, я даже не слышал, как ко мне подкрались, – Джимми выразительно поочерёдно посмотрел на нас с моим другом, – ничего не слышал. А потом мне и говорят: «Славно ты сегодня поработал». Я решил, что это кто-то из конкурентов, хотя не припомню, чтобы они у меня были. А потом другой голос продолжил с усмешкой: «Но надолго этого не хватит». Затем кто-то вцепился мне в правую руку, и боль пронзила всё моё тело, несравнимая ни с какой из тех, что я чувствовал ранее.
Лицо Джимми было искажено, рот полуоткрыт, взгляд остекленел, левая рука вцепилась в ящик, на котором он сидел.
– Можно ещё сигаретку? Всё-таки хорошие они у вас, не то, к чему я привык, хотя бывает, перепадёт что-нибудь… – он жадно затянулся. – Я, видимо, потерял сознание, – через некоторое время продолжил он свой рассказ. – Когда я очнулся, то никого уже не было. Мешка тоже не было. Правая рука была вся раздроблена, из неё просто сделали отбивную. Я еле доплёлся до своего приятеля, Фрэнка. Он одно время работал санитаром в больнице. Увидев, что сталось с моей рукой, он сказал, что нужно срочно отрезать эту «тряпочку», кисть была похожа на розовую тряпку. Он, наверное, был прав. Резать он умел. Обрубок, – он поднял и показал нам с Холмсом то, что осталось от руки, – заживал быстро, но она и сейчас ноет и не даёт порой глаз сомкнуть. Но, что удивительно, – он поднял на нас действительно удивлённые глаза, – они ничего у меня не взяли. Ничегошеньки…
Джимми замолчал. Холмс погрузился в себя.
«Месть, чем ещё это может быть, – думал я. – Вдруг, действительно, он перешёл кому-то дорогу. Странно всё же, что с ним так жестоко поступили. Красть, конечно, нехорошо, но… Хотя, если вспомнить Восток, там руки отрубали, но здесь, видимо, хотели причинить боль, долгую незабываемую боль. И это им удалось. Вряд ли это кто-то из его круга. Не вяжется с моими знаниями об этой среде…»
Холмс поднялся, встал и я, продолжая размышлять об услышанном.
– Держите, Джимми, – Холмс протянул ему соверен.
Тот взял и рассмеялся:
– А вот доходы у меня сейчас значительно выше прежних. Да и стабильнее, – добавил он.
Мы медленно шли. Холмс молчал, да мне и не хотелось говорить. Неожиданно он повернулся ко мне и произнёс:
– Уотсон, я вынужден вас оставить, – я удивлённо посмотрел на него. – Не обижайтесь, мой друг, не хочется лишний раз подвергать вашу жизнь опасности. Встретимся за ужином.
Он поспешно ушёл. Не скрою, была обида. Было очень неприятно, что он вот так поступил со мной. Я шёл куда-то, размышляя об услышанном.
– Стой, куда прёшь… – услышал я внезапно, и это вывело меня из того состояния, в котором я находился.
Я ошарашено огляделся и обнаружил, что стою на проезжей части, а в полуметре от меня находится голова лошади. Подняв глаза, увидел управляющего ей кучера, его злое лицо.
– Простите, – вымолвил я и вернулся на тротуар. Дойдя до него, я оглянулся и проводил глазами отъезжающий экипаж. Внезапно я почувствовал, как у меня начали дрожать колени, я опёрся на ближайший столб. Дрожь охватила всё тело. Я ощутил, как похолодели руки и испарина выступила на лбу. Я стоял, и меня трясло. Через некоторое время я стал успокаиваться, и появилась возможность внимательно оглядеться. Я и не заметил, что давно уже нахожусь на Парк-роуд. Мне захотелось уединиться, меня часто в последние годы посещало подобное желание, и лучшим местом для этого был Регентс-парк, куда я и направился.
Когда я подошёл к мосту через маленький островок, то услышал звук, похожий на крик. Это было странно, так как был день, а значит, стоял шум, который вряд ли позволял услышать его. Может, мне показалось? Я огляделся, но не обнаружил ничего, намекающего на источник крика. Рядом прогуливались люди, и по их лицам было ясно, что они не слышали ничего необычного. Ещё некоторое время я постоял, прислушиваясь, но, ничего не услышав, вступил на мост.
Я шёл и любовался открывающимся видом. Но тут заметил двух спешащих навстречу мне мужчин, разительно отличавшихся друг от друга комплекцией (один был высок и худ, другой низок и несколько полноват), одетых как рабочие, с надвинутыми на глаза кепками, которые в совокупности с наклоном головы скрыли от меня лица. Мне это показалось странным, поэтому, когда странные спутники скрылись из виду, я пошёл туда, откуда они вышли.
Я спустился с моста и, озираясь, стал медленно продвигаться внутрь островка, и тут увидел тело человека, лежащего головой в сторону небольших кустов, которые скрыли его наполовину. Я окликнул лежащего, но реакции не последовало.
Обойдя кусты и раздвинув их с противоположной стороны, заглянул вглубь и сразу же отпрянул – вместо головы у лежащего было сплошное кровавое месиво! Первой моей реакцией была мысль бежать за полицией, но прежде я решил осмотреть место преступления, и, не найдя ничего, заслуживающего моего внимания, бросился обратно через мост.