— Песок в траву? Песок в ТРАВУ? — я нахмурился. — Зачем, баска?
— Чтобы люди могли жить в пустыне.
— Люди и сейчас могут жить в пустыне. Я живу в пустыне.
Дел слабо вздохнула.
— Тигр, я просто пересказываю тебе то, что слышала. Разве я говорила, что во все это верю? Я сказала, что верю в оракулов или джихади?
Дословно такой фразы не было, но говорила она так, словно была почти убеждена.
Я пожал плечами и вдруг обнаружил, что мы с Дел уже не одни. У нашего стола стоял мужчина. Сразу видно, что Южанин — темноволосый, темноглазый, загорелый, лет сорока, показывающий все свои зубы в дружеской улыбке. По-моему нескольких зубов у него не хватало.
— Песчаный Тигр? — спросил он.
Я слабо кивнул. Настроение у меня было паршивое.
Его улыбка стала шире.
— Так я и думал! После его рассказов тебя трудно не узнать, — мужчина коротко поклонился, покосился на Дел и тут же снова перевел взгляд на меня. — Может я прикажу принести еще акиви? Ты окажешь мне честь, позволив купить тебе еще кувшин.
— Подожди, — предложил я. — Кто тебе обо мне рассказывал?
— Твой сын, конечно. Он все знает о тебе… — мужчина слабо нахмурился. — Хотя он ничего не говорил о бороде.
Борода меня не волновала, только мой «сын». Стараясь говорить спокойно, я спросил:
— А как его зовут? Мой «сын» назвал тебе свое имя?
Мужчина задумался и покачал головой.
— Нет, не назвал. Сказал только, что он детеныш Песчаного Тигра, и долго рассказывал нам о твоих приключениях.
— Приключениях, — прошипел я. — Я и сам начинаю ими интересоваться, — я поднялся и отпихнул стул. — Спасибо за предложение, но я должен идти, у меня назначена встреча. Может поговорим завтра вечером.
Мужчина не скрыл разочарования, но настаивать не стал. Он убрался с моей дороги и пошел к своим приятелям за другой столик.
Дел, не поднимаясь со стула, проводила его взглядом и улыбнулась.
— Значит та красавица выиграла пари.
— Какая красавица… а-а, нет, — мрачно сказал я. — Я иду в гостиницу. А ты?
— Уже устал? Но ты выпил всего ОДИН кувшин акиви, — Дел плавно поднялась. — В Ясаа-Ден было то же самое. Может годы берут свое? — она задвинула табуретку под стол. — Или тебя подкосила новость о твоем сыне?
— Нет, — резко сказал я, — все дело в мече.
Дел вышла из кантины передо мной и ступила на темную улицу.
— А почему из-за этого меча ты должен чувствовать себя уставшим?
— Потому что этого хочет Чоса Деи.
Дел показала рукой:
— Нам сюда, — и добавила, когда мы отошли от кантины. — Значит становится все хуже…
Я пожал плечами.