— Ну, испеки один кусочек вместо целого торта, Рон!
— Цыц!
— Ты не купил растительное масло, — с упрёком заметила Гермиона.
— У нас полно оливкового…
— Конечно, ведь это одно и то же.
Гарри: А чего сразу “Поттер”?
Гарри: Я дал тебе отличный повод сбежать от всех тех зануд
— А где форма для выпечки?
— Там, где ты её и оставил — в духовке, Рон.
Том ничего не отвечал, а я тем временем вслушивался в разнородные звуки за спиной: от хлопков шкафчиков до звона посуды.
Гарри: Так ты сбежал или…
Только я отправил, как сразу же откликнулся он:
Ридди: Век не дрочил
Ридди: В кабинке туалета
Огонёк возбуждения всколыхнулся внутри, растекаясь по телу томлением, и я спешно запил формирующийся ком в горле остатками слишком горького на этот раз кофе.
Гарри: Ты серьёзно сейчас?
Очередная задержка была красноречивее слов.
Сглотнув, я буквально вжался в шкаф, мысленно представляя, как Риддл сбегает с того собрания, чтобы ввалиться в уборную, прижаться спиной к двери кабинки, спешно расстегнуть ремень, а затем и штаны, высвободить налитую кровью плоть, с тихим стоном нетерпения обхватить её пальцами и откинуть голову. Казалось, я мог слышать характерный скрип молнии, его тяжёлое дыхание, шуршание одежды…
Ридди: Что ж ты сомной делаешь?
Слова сливались, будто Том набирал сообщение одной рукой и в очень неудобной позе, а я, взбудораженный подобным видением, замирал, раз за разом прокручивая в голове чужие действия. И стремительно возбуждался: уже второй раз в присутствии друзей и вновь по вине Риддла.
Гарри: У меня тот же вопрос…
— Сахар и сахарная пудра с ванилью — это совершенно разные вещи, Рон!
— Проблем-то: добавить ванильную эссенцию в сахар.
— Ты решил нас всех отравить?
— Я пойду в комнату, — вклинился я в их милую перепалку, и Гермиона отняла взгляд от сваленных в кучу продуктов, удивлённо моргнув.
— Видишь, ты уже успел достать именинника!
— Мне просто нужно… прибраться, — неловко улыбнулся я, а в следующий момент буквально выскочил из кухни, когда мне в спину прилетело громкое:
— Гарри, а мне добавлять в торт орехи?
— Какие ещё орехи в лимонном бисквите… — голос Гермионы растворился в глухом стуке закрывающейся двери. А я, прижавшись к ней спиной, сразу глянул на экран.
Ридди: Твоя помощь