— Ради бога, я очень тебя прошу и готов оплатить все твои расходы, куплю тебе все, что пожелаешь, только постарайся любым способом привести ко мне на часок дочь падишаха, чтобы я мог на нее поглядеть!
— Не знаю, сынок, смогу ли я это сделать, — отвечала повитуха.
— Ради бога, умоляю тебя!
Повитуха пришла во дворец Инджи-бея.
— Добро пожаловать, — сказала ей девушка и впустила повитуху в дом.
После взаимных расспросов о здоровье повитуха затеяла с девушкой разговор:
— Доченька, ты тут все так одна и сидишь?
— Да.
— Почему бы тебе не выйти куда-нибудь погулять?
— Инджи-бей не разрешает.
— Посмотри, доченька, вон то, что окрашено в зеленый цвет, — это Кааба. Ты должна пойти туда и обойти вокруг храма.
— Я боюсь Инджи-бея.
— Не бойся, доченька, я пойду с тобой и приведу тебя назад не позже чем через два часа.
Девушка стала собираться, а старуха ей советует:
— Смотри, доченька, не надевай никакого другого платья — надень свадебное. Это благое дело.
Повитуха вместе с девушкой вышли на улицу и направились прямо к дому имама. А он как только увидел, выйдя к ним навстречу, что девушка явилась, так тут же опять упал в обморок. Но когда имам очнулся, то понял, что девушка ему не подходит, и сказал повитухе:
— Я добился, чего хотел, но вижу, что девушка не для меня. Забери ее и отведи в подарок такому-то паше.
Повитуха повела девушку к паше и, придя к нему, объявила:
— Эту девушку прислал тебе в подарок имам квартала.
Паша только взглянул разок на девушку и сразу же ответил:
— Она не для меня, отведи ее к такому-то падишаху и объясни: мол, ее прислал тебе в подарок такой-то паша.
Повитуха отвела девушку к падишаху, и он сказал:
— Я очень рад. Иди сюда, я дам тебе за девушку большую награду.
Падишах дал старухе целый верблюжий вьюк добра и забрал девушку в свои покои.
— Ну, девушка, — обратился к ней падишах, — я очень рад тебе. А ты мне рада?
— Нет, — ответила девушка, — я тебе не рада. И ты должен мне дать сорок дней сроку, все вокруг нужно затянуть черными занавесями: у меня сорокадневный траур. Если через сорок дней я приду в себя, тогда я буду твоя, а ты — мой.
Падишах согласился, и девушку поселили в одной из комнат. Она там в одиночестве все думала, горевала и от этого заболела. Оставим ее здесь и перейдем к Инджи-бею…
Инджи-бей вернулся домой, смотрит — а Мерджан-ханым нет. С плачем он пошел к своему отцу:
— Отец, Мерджан-ханым пропала! Ради бога, вели сделать мне железные чарыки и железный посох, пойду искать ее по всем странам.
Отец стал отговаривать Инджи-бея и так и этак, но никак не мог его переубедить.