Шахзаде стал ходить, проверять мешки и вдруг говорит:
— Отсюда украдена горсть риса. Раздеть всех и обыскать!
Все разделись. И девушек и женщин стали обыскивать с головы до ног. Дошла очередь до жены гусиного пастуха, и тут все увидели, что у нее за пазухой горсть риса.
— Пусть каждый плюнет ей в лицо! — приказал шахзаде.
— Тьфу, воровка! Бесстыжая! — стали все ругать девушку и плевать ей, бедной, в лицо. Опозорили ее.
После этого шахзаде сказал:
— Оставьте ей украденный рис.
И девушка, заливаясь слезами, пошла домой, в свою лачугу.
Вечером вернулся ее муж.
— Ну, что вы там делали? Перебрали рис у шахзаде? Украла рису на похлебку? — спросил он.
— Украла. Но шахзаде велел всех обыскать, у меня нашли рис и наплевали мне в лицо.
— Не беда. Это забудется, все минет… Зато рису принесла…
В этот вечер они сварили рисовую похлебку, сели и стали есть.
На следующий день юноша сказал:
Сегодня будут кроить платье для невесты. Иди и ты помогать. Да заодно укради материи на тюбетейку. Гляди, ведь не сегодня завтра у нас появится ребенок, сошьем ему тюбетейку.
— Ладно, — отвечала девушка.
Вообще она была немного глуповата… Да ведь если бы она была умная, разве распорядилась бы всыпать сорок ударов палкой человеку, за которого собиралась замуж?
Ну ладно, в тот день во дворце кроили и шили одежду. И девушка была среди тех, кто помогал. Улучив подходящий момент, она украла кусок ткани на тюбетейку и засунула его за пазуху. Тут снова пришел шахзаде и принялся рассматривать ткани и платья.
— От этой ткани украден кусок на тюбетейку. Всех обыскать, — приказал он.
Стали обыскивать с головы до ног всех работниц. И вдруг увидели, что у жены гусиного пастуха за пазухой кусок ткани. Шахзаде опять велел всем плюнуть девушке в лицо. Девушка уже не могла выносить все эти страдания, но что поделаешь: очень она любила своего мужа и терпела.
Ну ладно, шахзаде вновь пожалел девушку и оставил ей ткань на тюбетейку.
Вернулась девушка в свою хижину, а вечером пришел ее муж, и она бросила ему ткань со словами:
— Возьми, меня осрамили. Все плевали мне в лицо, потому что я воровка.
— Не беда, женушка, забудется. А ребенку, который у нас родится, сделаем по крайности тюбетейку.
После этого шахзаде повелел повсюду объявить: «Завтра невеста пойдет в баню1. Пусть все жители, у которых есть дочери, оденут их, нарядят и отправят в баню».
И вот все женщины и девушки страны, надев свои лучшие платья, отправились в баню. Тут гусиный пастух говорит жене:
— Все идут в баню. Иди и ты. Возьми сломанную гребенку, половинку передника — как раз подходящий случай, помоешься вволю…
Он дал жене старый таз, который подобрал на улице, и добавил:
— А из этого будешь обливаться.
Девушка пошла в баню. Там у всех красивые банные принадлежности, все моются, расчесывают волосы. А девушка-бедняжка, если найдет где-нибудь свободный кран, старается скорей помыться, обливается из старого таза.