Дервиш сел верхом на своего коня, посадил на него Ситти Нусрет и приказал:
— Зажмурься, дочка!
Девушка закрыла глаза. Потом дервиш сказал:
— Открой глаза.
Девушка посмотрела и увидела, что они прибыли к дому ее родителей. Дервиш постучался в дверь и оставил девушку одну. Она поднялась наверх, и тут навстречу ей вышли родители. Они обрадовались так, будто она заново на свет родилась.
Ситти Нусрет была спокойная, воспитанная, образованная девушка. Все бы ей только совершать намазы, читать Коран, делать какую-нибудь работу. Родители хотели, чтобы их дочка веселилась, развлекалась, но девушке это было не по нраву.
Однажды мать Ситти Нусрет пригласила в дом девушек со всего квартала.
— Пойди, доченька, поиграй, позабавься, посмейся со своими гостьями, — сказала она и отправила девушек в сад.
А в тот сад выходили окна комнаты сына падишаха, и, когда девушки затевали там разные игры, шахзаде как раз глядел в сад. Пока девушки забавлялись в саду, Ситти Нусрет улучила время и совершила омовение, а потом приступила к послеполуденному намазу. После этого она взяла Коран, села под деревом и принялась читать… Сын падишаха очень этому удивился. Он отправился к своей матери и сказал:
— Ах, матушка, неужели и в наше время бывают такие девушки? Милая матушка, я хочу на ней жениться.
Султан-ханым тоже поглядела в сад, и ей тоже понравился вид девушки, ее воспитанность и повадки.
На следующий день в дом купца пришли свахи и с божьей милостью посватали его дочь. Родители девушки ответили: «Кто может быть лучше шахзаде?» — и дали согласие.
Вот закончили все приготовления и устроили свадьбу на сорок дней и сорок ночей.
С тех пор девушку во дворце так полюбили, что и словами не описать. А шахзаде просто дрожал над ней.
Прошло время, Ситти Нусрет ждала ребенка. Когда до родов оставался месяц или два, шахзаде собрался в Хиджаз1. Стал он прощаться со всеми в доме, обнял свою мать и сказал:
— Милая матушка, поручаю тебе жену и ребенка, который должен родиться. — После этого шахзаде покинул их и уехал.
Настал день и час, у Ситти Нусрет родился ребенок: крепенький такой мальчик. Султанша-мать прямо не знала, как ей выразить свою радость. У шахзаде был усыпанный алмазами оберег от сглаза, она принесла его и привязала на головку ребенка.
Наступила ночь, все заснули, кроме Ситти Нусрет. И вдруг она увидела, что стена комнаты раздвинулась, вошел дервиш-отец, приблизился к ребенку, взял его и унес с собой. А по губам Ситти Нусрет дервиш провел окровавленным пальцем.
Утром все проснулись. Султанша-мать взглянула — и что же увидела? Ребенка нет, а у его матери рот в крови.
— Где ребенок?! Что это значит?! Что ты с ним сделала?! — сколько ни спрашивала мать шахзаде, сколько ни уговаривала Ситти Нусрет ответить, не могла добиться от нее ни звука.
Девушка молчала. Но султанша-мать знала, как дорога была невестка шахзаде, и никому не рассказала о том, что увидела. Все считали: ребенок умер.
Через год возвратился из Хиджаза шахзаде. Приехал он домой, а там все в глубокой печали.
— Милая матушка, отчего вы так печальны? И где мой ребенок? — спросил он.
А мать ему отвечала:
— Сынок, разве можно противиться воле Аллаха? Ребенок умер. Да был бы ты здоров — и моя невестка здорова, а ребенок еще будет!..
Ну ладно. Во дворец вернулось прежнее веселье… Все снова были заняты своими делами и развлечениями… Не будем затягивать… Госпожа невестка опять стала беременна… А шахзаде ездил в Хиджаз каждые два года. И теперь, за два месяца до того, как жене нужно было родить, он вновь отправился в путь.
Вот пришло время и час, Ситти Нусрет и на этот раз родила мальчика. Султанша-мать и этому ребенку надела на шею амулет шахзаде. Ночью она не ушла из комнаты роженицы, села у изголовья кровати невестки, стала стеречь. Однако в полночь султаншу охватила сонливость, мать и ребенок спали, и она тоже решила прилечь… Спустя некоторое время она проснулась, посмотрела — и что же увидела? Ребенка нет, а рот у его матери опять в крови. Султанша растерялась, прямо не знала, что делать! Начала спрашивать невестку: «Где ребенок?» Невестка не издавала ни звука. Султанша-мать снова и снова спрашивала: «Дочка, что же это такое? Зачем ты это делаешь?..» Но толку — никакого! Как же ей быть? Она боялась рассказать о случившемся сыну. Ведь шахзаде был так привязан к жене, что от огорчения мог заболеть. Короче говоря, и на этот раз султанша-мать промолчала о том, что произошло, а сказала: ребенок умер.
На следующий год шахзаде опять отправился в Хиджаз. Теперь Ситти Нусрет родила красивую девочку. Султанша-мать взяла ребенка на руки… У шахзаде был платок, шитый жемчугом, она накрыла им лицо ребенку и крепко держала девочку на руках, чтобы вновь не случилось то, чего она так боялась.
Ночью, когда султанша-мать сидела в комнате роженицы с ребенком на руках, ее охватила сонливость, глаза закрылись, и она заснула… А когда она вдруг открыла глаза, то увидела, что ребенка у нее на руках нет… Губы и лицо невестки опять в крови… Тут султанша-мать уже не могла выдержать и стала говорить все, что ей приходило на ум:
— Чего же еще ждать от девки, которая выросла в горах. Неудивительно, что она стала таким хищным зверем. Я не могу больше этого вынести. Все расскажу шахзаде.