Из вокодера Карако доносится шум статики, Лени чувствует ее смех. Джуди вместе с Брандером черными гремлинами исчезают во мгле.
— Оно слишком быстро движется, — говорит Наката.
Неожиданно наружу пробиваются лучи крохотного пятнышка неуверенности, но она заглушает их словами:
— Когда оно впервые показалось на сонаре, то двигалось слишком быстро. Оно небезопасно.
— Безопасно? — Лени хмурится про себя. — Это же машина, так? Внутри никого нет.
Элис качает головой:
— Она слишком быстро двигается для такого сложного рельефа. А вот человек смог бы справиться с управлением.
— Да ладно тебе, Элис. Эти штуки — роботы. К тому же, если бы там внутри кто-то был, мы бы его почувствовали, ведь так? А ты ощущаешь кого-нибудь, помимо нас?
Наката больше, чем остальные, подвержена эффектам точной настройки.
— Я… так не думаю, — говорит она, но Кларк ощущает нерешительность. — Может, я… Это большая машина, Лени. Возможно, пилот просто очень далеко…
Брандер и Карако что-то замышляют. Оба скрылись из виду — даже их «кальмары» исчезли, чтобы быть ближе к хозяевам, — но для Кларк они довольно близко, чувствуется их растущее предвкушение. Она обменивается взглядами с Накатой.
— Лучше посмотреть, что они там затеяли, — решает Лени, и обе плывут вдоль разгребателя грязи.
Спустя несколько секунд напарники появляются перед ними. Они притаились по бокам металлического купола диаметром около тридцати сантиметров, из которого торчит несколько темных выпуклых объективов.
— Камеры? — спрашивает Кларк.
— Нет, — отвечает Карако.
— Фотоэлементы, — добавляет Брандер.
Лени чувствует, куда идет дело, еще до финальной фразы:
— А вы уверены, что это хорошая…
— Да будет свет! — кричит Джуди. Лучи кинжалами вырываются из ее и Брандера фонарей, омывая «рыбьи глаза» светом.
Машина замирает. От инерции Кларк летит вперед, но успевает схватиться за поручень и восстановить равновесие, неожиданная тишина звенит в ушах. После беспрестанного шума ей кажется, что она оглохла.
— Опа! — жужжит Брандер в неподвижности.
Какое-то тиканье доносится сквозь корпус. Один раз, второй, третий.
Потом все рывком вновь приходит в движение. Пейзаж вокруг них вращается, бросает друг к другу в переплетении конечностей. К тому времени, когда они, наконец, разбираются, кто где, машина набирает скорость. Разгребатель грязи рычит, но теперь голос его изменился: никакого ленивого чавканья полиметалла, аппарат по прямой летит к нейтральным водам. Буквально через секунду Кларк цепляется за что-то ради спасения собственной жизни.
— Йиии-хааа! — орет Карако.
— Яркий свет может его испугать? — откликается откуда-то сзади Брандер. — Это уж точно!
Со всех сторон льются эмоции. Лени сжимает хватку и пытается разобраться, где в этом потоке ее чувства. Ликование, приправленное первобытным, головокружительным страхом, — это Брандер и Карако. Наката в восторге чуть ли не против своей воли, только беспокоится больше; и под всем, погребенное где-то очень глубоко, нечто, похожее на чувство… Только чего, понять она не может.
«Недовольства? Несчастья?»
Да вроде бы нет.
«Это я?»
Нет, ощущения не те.