Фантастические циклы и отдельные романы. Компиляция. Книги 1-11: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Теперь пытаем.

Тут надо понять как. Некоторые шарахаются от огня, другие — от ядовитых газов или жидкостей. Есть существа, неуязвимые для горелок и гранат, но они визжат от ужаса, едва заслышав ультразвук. Приходится экспериментировать; и когда вы обнаружите верный стимул, оптимальный баланс между болью и травмой, то должны пользоваться им беспощадно.

Конечно, существам надо оставить лазейку. В этом и смысл наших действий: дайте одному из подопытных средство покончить с болью, а другому — информацию, необходимую, чтобы им воспользоваться. Одному предложите единственную геометрическую фигуру, второму — целый набор. Боль прекратится, когда создание выделит из набора тот единственный символ, который видел его напарник. Начинаем наши игры. Смотрите, как корчатся подопытные. Когда — если — они заденут выключатель, то дадут, по крайней мере, часть той информации, которой обменялись; и если записывать все, что с ними происходит, начинаешь догадываться — как они это делают.

Когда жертвы разгадают одну головоломку — подсуньте им другую. Запутайте. Поменяйте ролями. Проверьте, как они отличают круги от квадратов. Попробуйте факториалы и числа Фибоначчи. Продолжайте, пока не откопаете Розеттский камень.

Так общаются с инопланетным разумом: его пытают и продолжают пытать, пока не научатся отличать слова от воплей.

А для того, чтобы разработать и выполнить протокол, лучше всего подходила Сьюзен Джеймс — прирожденная оптимистка, верховная жрица церкви Слова Исцеляющего. Сейчас болтуны корчились по её команде. В отчаянных поисках крошечного уголка, свободного от раздражителей, они выписывали в вольерах длинные петли. Джеймс вывела видеосигнал в КонСенсус, хотя критически важной причины, по которой весь экипаж «Тезея» должен был наблюдать за допросом, вроде бы не было.

— Пусть на своем конце блокируют, — вполголоса пробормотала она. — Если захотят.

Каннингем, при всем своем нежелании признавать пленников существами разумными и мыслящими, дал им имена. Растрепа предпочитал парить, раскинув щупальца; Колобок жался в углу, свернувшись комком. Сьюзен просто нумеровала их — Первый и Второй, — подчиняясь собственной роли в спектакле-травести. Не то чтобы выбор Каннингема показался ей слишком низкопробным или она возражала против рабских кличек в принципе: лингвист прибегла к самому старому приему из «Справочника практикующего палача». Если истязатель хочет по-прежнему возвращаться после работы домой, к семье, играть с детьми и спокойно спать по ночам, то никогда, никогда не должен считать своих жертв людьми.

По отношению к метанодышащим медузам этот вопрос вообще не должен был вставать. Но тут уж каждое лыко в строку.

Рядом с изображениями обоих инопланетян в виртуальном пространстве плясали данные биотелеметрии, сияющие пояснения дрожали в разреженном воздухе. Понятия не имею, что для этих созданий составляло физиологическую норму, но я не мог себе представить, как еще, кроме боли, можно трактовать рваные пики на графиках. Шкуры обоих шли еле заметным серо-голубым муаром, под кутикулой пробегали текучие волны. Может, это была рефлекторная реакция на микроволновое облучение, но с тем же успехом то мог оказаться и брачный танец. Скорей всего, они кричали.

Джеймс вырубила излучение. В левом вольере желтый квадрат погас; в правом подобный ему так и не загорелся в ряду других фигур.

После приступа краски потекли по шкурам быстрее; движения щупалец замедлились, но не остановились, они покачивались взад-вперед, как снулые, костлявые угри.

— Базовый уровень. Пять секунд, двести пятьдесят ватт, — для протокола. Напускная серьезность: «Тезей» фиксировал с точностью до пяти девяток каждый вздох на борту, каждый импульс тока.

— Повторить.

Значок вспыхнул. Снова шкуры чужаков покрыла волной мозаика. В этот раз ни один из них не сдвинулся с места. Скрученные трепещущие щупальца продолжали слабо, волнообразно подергиваться, почти как в покое. Но телеметрия оставалась столь же мучительной.

Они быстро учатся беспомощности, подумал я.

Я глянул на Сьюзен:

— Ты собираешься провести весь опыт сама?

Она отключила ток. Глаза ее влажно блестели. Знак в клетке Колобка погас. В клетке Растрепы оставался тусклым.

Я прокашлялся.

— Я хочу сказать…

— А кто еще этим займется, Сири? Юкка? Ты?

— Остальная Банда. Саша могла бы…

— Саша?! — она уставилась на меня. — Сири — я их создала. Как ты думаешь, для чего? Для того чтобы прятаться за ними, когда… чтобы заставлять их творить вот такое? — она покачала головой. — Я их не стану будить. Ради этого — нет. Даже со злейшим врагом так не поступают, не говоря уж…

Она отвернулась. Могла ведь принять лекарство — нейроингибиторы, чтобы смыть вину, закоротить на модулярном уровне. Сарасти предлагал ей, словно искушая одинокого пророка в пустыне. Джеймс отказала, не объясняя причин.

— Повторить, — скомандовала она. Ток включился, выключился.

— Повторить, — снова сказала она. Ни движения.

Я показал.

— Вижу, — отозвалась Джеймс.

Кончиком щупальца Колобок касался сенсорной панели. Символ на ней горел свечой.