— И что такого? Ты хочешь сказать мне, что спустился сюда, спасаясь от сетевых вирусов?
— Я спустился сюда, спасаясь от энтропии.
— Думаю, — замечает Кларк, — ты подцепил одно из расстройств языка. Дислексию или вроде того.
Но Брандер уже рванул вперед:
— Ты слышала фразу «возрастание энтропии»? Все постепенно разваливается. Можно отсрочить этот процесс, но для этого нужна энергия. Чем сложнее система, тем больше ресурсов ей требуется, чтобы остаться целой. До нас мир питался от солнца, растения были словно маленькими солнечными батарейками, на которых все остальное могло расти. Теперь же мы живем в обществе с экспоненциальной кривой сложности, вдобавок в нем есть Интернет, и его кривая еще круче, так? Поэтому все человечество забилось в разогнавшуюся машину, которая стала настолько сложной, что в любой момент может разлететься. И способна это предотвратить лишь та энергия, которую поставляем мы.
— Плохие новости, — говорит Карако, хотя Кларк думает, что она действительно поняла, в чем дело.
— На самом деле хорошие. Им всегда будет нужно все больше энергии, поэтому им всегда будем нужны мы. Даже если когда-нибудь разберутся с ядерным синтезом.
— Ну да, но… — Карако неожиданно хмурится. — Если ты говоришь, что кривая экспоненциальна, то однажды она упрется в стену, так? Кривая пойдет вверх и потом резко обрушится вниз.
Брандер кивает:
— Угу.
— Получается замкнутый круг, бесконечность. Невозможно удержать мир от распада, неважно, сколько энергии в него закачаешь. Ее никогда не будет достаточно. Раньше или позже…
— Раньше, — говорит Майк. — Вот поэтому я и сижу здесь. Как я и сказал, тут безопаснее.
Кларк переводит взгляд с Брандера на Карако, потом обратно.
— Это полная ерунда.
— Это почему? — Майк, похоже, совсем не оскорбился.
— Потому что мы бы уже услышали об этом. Особенно если твоя теория основана на каком-то физическом законе, который всем известен. Они не смогли бы держать такое под спудом, люди сами бы обо всем догадались.
— О, я полагаю, они догадались, — мягко говорит Брандер, улыбаясь обнаженными карими глазами. — Просто предпочитают поменьше думать о проблеме.
— И откуда ты все это взял? — спрашивает Карако. — Из библиотеки?
Он качает головой:
— Степень получил. Системная экология, искусственная жизнь.
Лени кивает:
— Я всегда знала, ты слишком умный, чтобы быть рифтером.
— Эй, самое разумное сейчас — это как раз быть рифтером.
— Значит, ты решил сюда отправиться? Сам вызвался?
Брандер хмурится:
— Естественно. А ты что, нет?
— Мне позвонили. Предложили новую высокооплачиваемую возможность, даже сказали, что я смогу получить обратно старую работу, если ничего не получится.
— А где ты раньше работала? — интересуется Джуди.
— В отделе по связям с общественностью. В основном, на гонквариумные франчайзы.
— Ты?