— Да боже ж мой! — вставая, воскликнул Джейк и придвинул к ней все пять бифитеровских пробных бутылочек. И в ту же секунду позвонили в дверь.
— Это он! Это Гарри!
Гарри уставился на Джейка, подозрительно сузив глаза.
— Ну привет, Гершл. И где же это тебя носит? Может, уже убил кого, нет?
Тот не отвечал.
— А то, не ровен час, тут за уголочком кого-нибудь слегка изнасиловал, из-за того и задержался?
Бледный и настороженный, Гарри наконец отозвался:
— А ты что тут делаешь?
— Руфь волновалась. Приехал поддержать ее.
— Решил ее подкупить? — бросив взгляд на бутылочки, проговорил Гарри. — Чтобы и она была против меня?
Не ссорьтесь с ними, предупреждал Ормсби-Флетчер. Джейк полез в карман и достал упаковку таблеток.
— Вот, держи, Гарри. Но больше двух сразу не принимай.
Гарри только фыркнул.
— Сегодня все прошло хорошо, — сказал Джейк. — Думаю, прорвемся.
— Ну да, тебя-то в понедельник оправдают, братэлло. Чего тебе волноваться. Упечь они хотят меня.
— А почему у вас адвокат советник королевы, — подала голос Руфь, — а у Гарри нет?
— Наши адвокаты одна команда.
— И охеренно хорошо работают. Против меня.
— Но это же не так, Гарри!
— Тебе-то все с гуся вода.
— Конечно, с его связями… — присовокупила Руфь.
— Связи имеются. В крайнем случае обращусь за помилованием прямо к королеве. По блату. Только вчера про это с Филом говорил. Он обещал замолвить словечко. Спокойной ночи, Гарри. Утром позвоню.
— Не бойся. Делать ноги не собираюсь.
— Да я и не боюсь. Позвоню просто проведать, как ты.
— Какой стал заботливый! — поджала губы Руфь.
Когда миссис Херш проснулась от бряканья стаканов и громких голосов, было уже темно.
— Джейк, я никогда не пилю тебя за то, что ты пьешь, но, пожалуйста, больше-то не наливай!
— Вот хоть ты тресни, что бы я ни делал, Гарри все равно думает, что его определили в мальчики для битья. Считает, что его адвокат работает в моих интересах. Господь всемогущий, как же я мог втравить-то нас в такую заваруху!
— Да. Вот как ты мог это сделать, а, Джейк?
— Да что сделать-то? Что я сделал? Ты что думаешь, я и впрямь избивал ее этим дурацким хлыстом?