– Спать? – он удивленно посмотрел на Тсуну. – О! Тогда я с тобой.
Странное рвение для того, кто считал, что в его возрасте послеобеденный сон – это не круто. Но отказывать мальчику Савада не стала.
– Ты у стенки.
– Ээ? Почему?
– Ээм, – Тсуна взъерошила волосы. Расстроить Ламбо, напомнив, что он слишком часто падает с кровати? – Те, кто спит на краю, рискуют быть схваченным монстром.
– Тогда я должен там спать! Ламбо-сан защитит сестренку.
Это очень мило, но Тсуна все-таки настояла на своем, и Ламбо, порой упертый, а порой очень легко сдававшийся, согласился.
Переодевшись в ванной и юркнув под тонкое летнее одеяло, девушка зевнула.
– Реборн? Ты чего тут до сих пор?
Репетитор залез в свой бессменный гамак, из которого пока не вырос, и, кажется, тоже собрался спать. Он-то? Тот Реборн, который и ночью не спит так долго, как Тсуна? А уж про обеденный сон можно и не говорить? Он же только притворяется, когда хочет избежать разговора.
Савада раздумывала, как пошутить, когда репетитор произнес:
– О чем ты переживаешь? Непохоже, что ты всерьез думаешь о вероятности своего исчезновения. Тебя не успокоили слова Гокудеры?
– Погоди, слова Хаято? Ты подслушивал?
– Вы сидели не так уж и далеко, а с осмотром той конуры мы закончили быстро.
Ну классно. Все слышали ее бред.
– Мне казалось, Гокудере удалось доказать тебе, что ты снова надумала себе того, чего нет?
Тсуна, все еще недовольная шпионажем, кивнула. Хаято действительно успокоил ее.
– Тогда ты переживаешь о чем-то другом?
У нее был шанс соврать и сказать, что она хочет спать и ничего более, но день сегодня выдался странным. Ее накачали сывороткой правды? Или банально прорвало после многих лет попытки удержать все в себе?
– Эм, Реборн, что если… у меня есть один большой-большой секрет?
– Если ты про тот ужасный тест, который писала перед каникулами, то я нашел его обрывки и восстановил.
– Кхм, я не про него, – поспешила перевести она тему. – Почему ты думаешь, что мой секрет такой мелкий? Я не могу скрывать что-то грандиозное?
– От человека, который молчал про знакомство с Шахматноголовым и про договор с Вендиче?
Тсуна стыдливо покраснела.
– Так ли важен этот твой секрет? Даже если это реинкарнация и тому подобное.
Савада некультурно и некрасиво выпучила глаза, гадая, было ли это совпадение или… или репетитор знал больше, чем говорил?
– Какая бы тайна ни была, глупая ученица останется глупой ученицей. Так все-таки о чем ты переживаешь?
Тсуна будто бы каталась на американских горках, так лихо Реборн лавировал по темам.
– Я думала… – сжимая в ладонях край одеяла, робко начала девушка. – Нравлюсь ли я людям за то, какая я есть? Не… не кажусь ли я лучше, чем есть?
Объяснить свои страхи, не рассказывая о Системе, это то еще испытание. Но Тсуна действительно недавно задумалась, нравилась ли она как в дружеском, так и в романтическом плане, за то, какая она? Или Система с этой чертовой отомэ-прошивкой делала все за нее? Когда-то Тсуна боялась чувств ребят, теперь ей больше страшно, настоящие ли они. Не играет ли Системы с их сознанием?