– Пытался разузнать о другой тебе, – кажется, он был больше сосредоточен на ее волосах, чем на разговоре.
– Хм, вы виделись? – Тсуна не знала, почему предположила это. Из истории в профиле альтер-Тсуны она так и не поняла, в каких отношениях была ее копия и другой Мукуро.
– Да, она пришла в первый же день, но уже после твоего звонка.
И вот тут Савада наконец поняла, что связывало ее и Мукуро в том мире. На это натолкнул задумчиво-грустный тон Рокудо. Ха, довольно неожиданно… они все-таки были весьма юными. Но объединенные одним взглядом на жизнь и испытаниями, которые им встречались, они могли привязаться друг к другу. А потом альтер-Тсуна, оторванная от родного мира и ностальгирующая по нему, могла принять эту привязанность за романтические чувства.
– Что-то узнал?
– Не особо много.
– А самое главное-то выведал?
Мукуро с интересом ждал, что же это самое главное.
– Откуда у нее глаз?
– Другой я отдал ей… перед смертью, – не то, что она ожидала.
Тсуна откинула голову на спинку и внимательно посмотрела в красный глаз парня.
– Оя, Тсунаеши-чан, я готов отдать тебе все, что имею. Даже органы, но этот глаз… он не принесет тебе ничего хорошего.
Мукуро решил, что она пялится как бы спрашивая, почему тот Мукуро подарил глаз Тсуне, а он сам ей не дарит? Что за ересь?
– Оох, – Тсуна изумленно выдохнула. Шестеренки в ее голове заскрипели, пытаясь что-то вспомнить. – Это как Какаши и Обито, что ли?
– Кто?
– Наруто, – пояснил Рёхей.
– Нужно будет посмотреть вместе, – решила Тсуна. – Но это потребует очень, очень много времени.
В этом мире «Наруто» даже не вышел полностью.
– Впереди вся жизнь, – демонстративно легкомысленно произнес Мукуро, хотя никто уже ни в чем не был уверен.
Он еще немного рассказал, что успел выяснить. Немного, как он признался еще в самом начале, но хотя бы временные рамки стали ясными. Судя по всему, мотать по мирам альтер-Тсуну начало в тринадцать лет или около того. Значит, она перемещалась по параллелям уже два с половиной года. И получается, в разных мирах она оставалась на разные промежутки времени. Здесь-то она уже очень долго. Сложно, наверное, потерять родной мир в таком возрасте. Если бы это была первая жизнь, а Тсуна – обычным подростком, это стало бы сильной психологической травмой.
Погода ухудшалась. Так-то Тсуне нравился дождь, но сегодня он как-то давил на сознание и заставлял ждать чего-то плохого. В фильмах и комиксах любят делать пафосные битвы при такой мрачной погоде. А хотя… Тсуна начала вспоминать, что при ее сражениях погода всегда была хорошей. Вот это ей везло. Если бы пришлось сражаться в ненавистную зиму, то она бы проиграла, как проигрывали страны, нападая на Россию в заснеженную пору.
И только она подумала, что все будет нормально, как за окном сверкнула молния и разверзся гром. Но худшее было впереди.
Время вокруг остановилось.
Рёхей с прикрытыми глазами и широкой улыбкой после шутки Тсуны, Хаято, пытающийся незаметно пнуть Бьякурана, Фуута, застыв в воздухе при падении с дивана. Он подскочил от испуга, когда прогремел гром, и Тсуна еще не успела его поймать. Она потянула мальчика на себя, чтобы он все-таки не упал после того, как время снова начнет идти… если оно начнет идти.
Застыли все. Реборн, делавший вид, что не слушает подростков, которые давно перестали обсуждать что-то стоящее, тоже не двигался. Хотя от столь необычного человека, прожившего много лет под странным проклятием, можно было ожидать чего угодно.
Смотреть на то, как ее близкие не шевелились и не моргали, было воистину жутко.
Тсуна посмотрела в окно. Дождь перестал барабанить, а в небе можно было разглядеть не пропадающую, зависшую молнию.
– Что за черт?
Она могла говорить и двигаться. Это не обычная заморозка времени при выборе ответов от Системы. Что происходит?