Укутанная в тонкое одеяло Тсуна сидела на диване и, зевая, смотрела в экран телевизора.
Они вернулись к ним домой в урезанном составе, у Дино и Емицу были задачи, которые нужно было решать в срочном порядке. Поздно пообедав, Тсуна, Такеши и Хаято расположились в гостиной, проводя время с детьми. Фуута, понимая, что все находятся в странном настроении, не лез, тихонько сидя с ребятами. И-Пин тоже старалась помочь, начиная вести повседневную беседу ни о чем, а вот к Ламбо подобное благородство не относилось. Он не чувствовал атмосферу и немного выбешивал Гокудеру своей гиперактивностью, что самой Тсуне не мешало. Живость вокруг всегда была в тему.
– Десятая, вам следует пойти спать, – сказал парень, замечая, как девушка сонно клюет носом.
– Всего-то девять часов, – вечер наступил как-то очень быстро. Емицу ненадолго возвращался, докладывая Реборну о том, как обстоят дела, а потом снова ушел. Также Тсуна позвонила многим, чтобы предупредить и ввести в курс. Но все равно последние часы прошли незаметно.
– Ты устала, поэтому можно лечь спать пораньше, – отвлекаясь от разговора с И-Пин, попытался убедить подругу Такеши. Девочка, вторя за ним, кивнула.
– Ммм, – потрясающе глубокомысленно ответила Тсуна.
Она и сама не знала, почему так хочет спать. Хотя нет. Она сражалась с отцом, битва вышла так себе, но ее сбоящее пламя это не волновало. Потом она вырубилась и совсем не отдохнула, рано очнувшись.
– Нет, нельзя спать, – все же выдавила Савада.
Она волновалась.
Ее не пустили навестить Вендиче одной, поэтому она так и не знала их мотивов. Они уничтожали часы, ранения были серьезными, но потому что Бел слетел с резьбы, а Леви и Ланчия перестарались. Это не умаляло вины Вендиче, однако судить все еще немного рано. Тсуна хотела с ними поговорить.
За это время Вонгола и Каваллоне развернули защиту всех оставшихся участников, их близких и мест проживания, то есть дома Савад, Сасагав, Ямамото и Шимон. Вария помощь не приняла, сама позаботившись об отеле и больнице.
И Тсуне все равно как-то неспокойно. Вроде бы она не хочет винить Вендиче раньше времени, но и за друзей страшно, вдруг их ранят. В принципе, Реборн раздал указание о приоритете жизни, а не часов. Если их уничтожить, то Стражам незачем будет оставаться. Но прямо сейчас ломать их никто не хотел, желая помочь Аркобалено и не проиграть врагам.
– Хаааа, – девушка шумно вздохнула. Сейчас так много зависит от нее, если она сразу расскажет правду, то балаган прекратится, опасность нивелируется. Но так Талбот не успеет завершить артефакт. Вендиче ждать его не будут, им плевать на свои жизни, сейчас они хотят мести. Предложить им простить все, не имея на руках доказательства снятия проклятия? Да они не поверят! – Как сложно.
– И теперь она разговаривает сама с собой, – Такеши всплеснул руками.
– Десятая, идите отдыхать.
– За нас можешь не переживать.
– Не знаю… Но, наверное, я не должна вас задерживать тут. Ох, – сейчас до нее доходило медленно, и она не сразу сообразила. – Вы будете в опасности.
– У нас часы, нам лучше не оставаться с вами, – Хаято покачал головой.
– Нет!
– Я знал, что вы так скажете.
– Нельзя сейчас вам быть поодиночке, – даже сонливость немного прошла от возмущения.
– Гокудера может пойти ко мне, так безопаснее.
– Так мы разделимся с Реборн-саном. И это тоже небезопасно.
Под удивленные взгляды детей все трое замолчали, ожесточенно размышляя. Им повезло, что здесь был кое-кто умный.
– Пусть ночуют тут, – разрезал тишину голос Реборна. Аркобалено только что спустился вниз, находя комично сосредоточенных подростков, которым собирался сообщить, что Емицу задержится. Старший Савада хотел скорее вернуться домой, но возможности не было, он занимался системой патруля.
– У нас негде спать, – неуверенно отметила Тсуна.
– Я могу на диване лечь, – поспешно сказал Такеши, сверкая глазами в сторону Хаято.
– Пф, я могу и на полу. Это будет доказывать мою решимость! – не смолчал второй парень.
– Как он все переворачивает в свою сторону?
Савада сконфуженно замолчала. Заставлять друзей спать в неудобстве?