Брюс: Дорогами Петра Великого: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Отечественная история

М., БРЭ, 1996, т. 2

рюс (Яков Вилимович) — генерал-фельдцейхмейстер и впоследствии граф и генерал-фельдмаршал, составитель календаря; род. в 1670 г., по одним в Москве, а по другим во Пскове. Получил прекрасное домашнее образование и особенно пристрастился к наукам математическим и естественным, которыми занимался до конца своей жизни. Записанный вместе со старшим братом в царские потешные около 1683 г., он в 1687 и 1689 гг. принимал участие, будучи в чине прапорщика, в Азовских походах Голицына и был награждён поместьем в 120 четвертей земли и деньгами в размере от 20-30 рублей, как за первый поход, так и за второй. С 1689 г. он является неразлучным спутником Петра и в его походах, и в некоторых путешествиях, и всякий раз был щедро награждаем любившим его царём. Во время осады Азова в 1696 г. он, между прочим, занимался составлением карты земель от Москвы до берегов Малой Азии, которая впоследствии была напечатана в Амстердаме, и в этом же году был пожалован в полковники. Примкнув в Амстердаме к свите Петра, он в том же году, по велению своего державного покровителя, отплыл в Англию и здесь (в Лондоне) пробыл около года, а может быть и более, занимаясь преимущественно математикой и астрономией, под руководством английских учёных. По возвращении в Россию Б., как человек учёный, постоянно получал от Петра поручения исполнять разные научные работы, большею частью переводы и издания разных книг, и в то же время с большою любовью и старанием занимался астрономией, о чём свидетельствует его переписка с Петром.

В 1700 г. он был пожалован в генерал-майоры от артиллерии, участвовал при осаде Нарвы, а по взятии в плен имеретинского царевича Александра Арчилловича (1674—1711 г.), первого русского генерал-фельдцейхмейстера, вступил в отправление должности ген.-фельдц., в которой окончательно утверждён только по смерти царевича, в 1711 г. Неудача под Нарвою навлекла на него гнев Петра, который отрешил его от должности, но через год снова вручил ему её и сделал заведующим новгородским приказом. В качестве начальника артиллерии находился при армии в первые годы Северной войны, содействовал взятию Нотебурга, Ниеншанца, Нарвы, командовал левым флангом армии в битве при д. Лесной, и в сражении под Полтавою помог одержать верх над шведами, командуя всею тогдашнею русскою артиллерией, состоявшею из 72 орудий, за что и был награждён Петром орденом Св. Андрея Первозванного. В 1710 г. принимал участие в осаде и взятии Риги, в 1711 г. сопровождал Петра в Прутском походе, и в следующем году военными действиями на севере Германии, в союзе с датчанами и саксонцами, закончил своё военное поприще. Около 1714 г. возник слух о хищении им казённых денег, и хотя впоследствии по розыску слух подтвердился, но гнева Петра не навлёк на виновного. В 1717 г., при учреждении коллегий, Пётр назначил его президентом берг- и мануфактур-коллегии, с званием сенатора, а в 1718 отправил первым министром на Аландский конгресс, для переговоров о мире. В 1721 г., по заключении Ништадтского мира, он получил достоинство графа Российской империи и поместье из 500 крест, дворов. По смерти Петра, Б. сначала также деятельно продолжал свои занятия и по коллегиям, и по артиллерии: но потом, вследствие, вероятно, раздоров, происходивших между вельможами тогдашнего времени, несмотря на монаршую к нему милость, стал просить отставки, которая ему и дана была в следующем, 1726 г., с чином фельдмаршала. С этого года он поселился в своём поместье Глинках, Богородского уезда, в 42 верстах от Москвы, и жил там до конца своей жизни, изредка наезжая Москву и предаваясь исключительно научным занятиям. Умер 19 апреля 1735 года, не оставив потомства. Погребён, как видно из донесения императрице графа Салтыкова, 14 мая, в Немецкой слободе. Графский титул наследовал, с высочайшего разрешения, его племянник Александр Романович Брюс. По своим познаниям (он был астроном и математик, артиллерист и инженер, ботаник и минералог, сфагист и географ, автор нескольких и переводчик многих научных сочинений) граф Я.Б. был, бесспорно, просвещённейшим из всех сподвижников Петра. Занимаясь составлением и переводом сочин., Б. надзирал за ходом всего типографского дела в России. Под его непосредственным надзором в гражданской типографии печаталось много разных книг и брошюр, как-то: книга Лексикон, книга Математика Навигаторской школы, Описание г. Иерусалима и Афонской горы, изображение Глобуса земного и небесного, баталия при Пруте и т.п. Но больше всего имя его известно, как автора календаря, который в первый раз появился в печати в 1709 г. «изобретением» Василия Киприянова, и «под надзором» Якова Вилимовича. Хотя он и впоследствии сам не издавал календарей, тем не менее, справедливо может считаться основателем календарного дела на Руси, так как принимал главное участие в составлении их, подражая преимущественно немецким календарям. От него остались, как памятник его занятий, библиотека и кабинет разных «куриозных вещей», который в то время почитался единственным в России. Перед смертью он завещал их в Кунсткамеру академии наук. Состав того и другого самый разнообразный: тут и книги, и карты, числом около 735, рукописи, и инструменты, и всевозможные редкие предметы (около 100).

Часть первая

БРЮСЫ В МОСКОВИИ

Из Шотландии в Россию

 сентябре 1648 года в гавани Лейте в Шотландии царило великое оживление: корабли спешно отчаливали от пристани и брали курс в открытое море, подале от британских берегов. «Кромвель идёт, его круглоголовые всё жгут и всех режут!» — эти крики подстёгивали богато одетых лойрдов, их жён и домочадцев, которые по шатким портовым сходням толпою лезли на переполненные судёнышки.

«Престон, Престон! Проклятое место! Там кромвелевцы перерезали последних защитников короля и шотландских вольностей!» — толпа буквально кипела при одном напоминании о злосчастной битве, в которой шотландская армия была разгромлена грозным Кромвелем и его бравыми солдатами, стриженными под горшок (отсюда и прозвище круглоголовые).

— Эх, Престон, Престон! Гиблое место, Джеймс! Мой кавалерийский полк попал под огонь тяжёлых гаубиц старика Нола, и почти все мои ребята из Эйрта полегли под картечью проклятых англичан! — Высокий молодой человек горделиво откинул длинные волосы до плеч, по которым на охваченных революцией Британских островах безошибочно узнавали тогда кавалеров — яростных сторонников низвергнутого английским парламентом короля Карла I Стюарта.

— Ну, а моих солдат, кузен, порубили драгуны извозчика Прайса, того самого, который у Кромвеля получил чин полковника, но как был извозчиком, так им и остался! Я имел с ним самоличную схватку, свалил наглеца с лошади, но получил и от него в отместку крепкий удар палашом! — Джеймс болезненно дёрнул забинтованным левым плечом.

— Несчастная Шотландия! Теперь Кромвель идёт на Эдинбург и конец нашей независимости! — вырвалось у младшего из двоюродных братьев, длинноволосого Джона.

— Не плачь раньше времени, Джон. Вспомни лучше, как наш славный предок Роберт Брюс в пух и прах разгромил англичан в графстве Стерлинг при Беннокберне! Подожди, дождётся и Кромвель своего часа! История любит крутые повороты, Джон!

— Э, сразу видно, ты учёный человек, Джеймс: недаром учился в Абердинском университете! А я знаком только со шпагой, но владею ею так, что, поверь, скоро получу офицерский патент в войсках великого курфюрста Бранденбурга! Ведь к берегам Пруссии и отправится сейчас наша ветхая ладья!

— Отчаливай, Джон, пока один. А я должен ещё дождаться жену Мэри и своего сынка Вилли! Сейчас прискакал конюх из Эйрта и привёз весть, что Мэри уже в пути! — Джеймс указал на кряжистого краснолицего мужика, снимавшего попону со старого жеребца, тяжело водившего боками после скачки.

— Так точно, сэр, госпожа при мне уже собирала обоз, чтобы поспешать к вам в Лейте! — простуженно прохрипел конюх, услышав разговор господ.

— Узнаю твою домовитую хозяюшку! — не без насмешки заметил Джон. — Только боюсь, как бы её обоз не достался в руки круглоголовым молодцам Кромвеля.

В это время толпа у пристани вдруг взволновалась, раздались громкие крики и проклятия с одной из шхун.

— На «Святом Николае» не капитан, а чудовище! — громче всех кричала багроволицая матрона, спускаясь обратно на пристань. — Мошенник! Обещался плыть в Данию, да вдруг передумал: у него в трюме грузы не для Дании, а для Московии. Вот он и возьмёт курс не на Копенгаген, а на Архангельск!

Вслед за возмущённой дамой и другие пассажиры стали покидать палубу «Святого Николая» и переходить на другие суда.

— Э, как бы и я не потерял местечко на своём «Варфоломее»! — озаботился Джон и снова горделиво откинул свои длинные волосы.

— Да ты ступай, ступай на корабль! А я дождусь Мэри и вслед за тобой предложу шпагу великому курфюрсту! — рассудительно заметил старший кузен. И дружески добавил: — Не беспокойся, Джон, мы ещё станем в битвах плечом к плечу! Ну, а наше родовое поместье Эйрт всегда будет дожидаться нас в графстве Стерлинг, в сердце Шотландии.

С тем братья обнялись и расстались, не предвидя, что расстаются навсегда.

Корабль с Джоном ушёл в открытое море, а на другое утро прибыл наконец обоз из Эйрта — шесть телег, груженных домашним барахлом вплоть до кухонных табуретов. Но на одной из телег были пачки с книгами — самое дорогое сокровище Джеймса. Румянощёкая Мэри вела за руку и другое сокровище — белокурого мальчугана, наследника славного рода Брюсов и клана Маклеманов.

А корабли уходили и уходили из гавани. Не успел Джеймс расцеловаться с женой и малолетним сыном, как на пристани началась новая паника. Пронёсся слух, что драгуны страшного Прайса уже в трёх милях от Лейте и режут всех кавалеров. В гавани в тот час остался всего один корабль — тот самый «Святой Николай», что шёл в Архангельск.

— Чёрт с ним! Лучше я встречусь с русским медведем, чем с извозчиком Прайсом! — выругался Джеймс Брюс и приказал своим домочадцам спешно грузиться на последнее судно. Так Брюсы взяли курс на Россию.

На пути в Архангельск