За первой бутылкой последовала вторая, затем, кажется, третья, потом, не знаю почему, приехал Сашка, вызвал эвакуатор для моей машины, а нас выволок из бара и развёз по домам.
Позже я узнала, что сама ему звонила, плакала в трубку, путано делясь нашими злоключениями, и просила меня забрать.
Глава 28. Новый переполох
Если бы в ту ночь мне приснилось что-то судьбоносное, запомнить я бы всё равно не смогла, ибо к своему стыду второй раз в жизни вышла на уровень полной атрофии памяти и очень удивилась, обнаружив себя утром в собственной постели. Да к тому же, не в джинсах и ботинках, а как и подобает приличной девушке, в ночной рубашке. Всё-таки великая это сила — автопилот.
Вчерашний день всплывал мучительными картинами, и я строго-настрого запретила себе думать о нём.
Всё проходит, всё! Я знала это точно. Вот и воспоминания о Савве уже не отдаются в моей душе такой болью… А ведь с ним я сблизилась куда больше, чем с этим парнишкой, с которым толком ни одного дня и не общалась вне работы, и всё что успела — лишь разглядеть его громадный творческий потенциал…
Тонкий луч света, просочившись между портьерами, рассёк воздух напополам и завис в метре от пола. Обманчиво-тёплый, он дрожал посреди комнаты, вобрав в себя поток танцующих пылинок и создавая иллюзию лета за окном.
Погода в наших краях неустойчива, вчера вовсю валил снег, потом было ветрено и сыпало крошевом, а сегодня опять тихо и солнечно.
Отопление мы уже запустили, в комнате было жарко, и некоторое время я, откинув одеяло, просто лежала и смотрела на луч, представляя яркое, умытое июльское утро. До тех пор, пока не зазвонил телефон.
Я нехотя протянула руку и нашарила аппарат.
— Привет, — бодренько поздоровалась трубка голосом Влада.
— Салют… — буркнула я.
— Ты как? Голова не болит?
— Сергачёв, в моей голове болеть нечему, — вздохнула я. — Ты на меня за вчерашние нелепые подозрения не обижайся, ладно?
— Я на тебя обижаться не умею, ты же знаешь.
— Правильно, так нас, дураков, — я стянула с тумбочки пачку сигарет, вытряхнула одну и щёлкнула зажигалкой.
— Я не в том смысле. В общем, проехали. На репетицию прийти не хочешь?
— Что, не терпится к работе приступить? — усмехнулась я.
— А то. — Теперь, пока Женька не найдёт нового дублёра, сцена вновь безраздельно принадлежит Сергачёву, и его нетерпение было мне вполне понятно.
— Не, пока не хочется что-то… — я выпустила в солнечный лучик струйку дыма. Дым рассеялся, не пролетев и половины расстояния. Надо бы форточку открыть, но даже вставать лениво. — Когда ещё выпадет три дня выходных, хоть слова наконец выучу, а то стыдно уже.
— Ну, смотри, — расстроился приятель. — Надумаешь, приезжай, я тебя жду.
Он попрощался, я затушила сигарету, перевернулась на живот и обняла подушку.
Поспать ещё, что ли?..
Только я успела это подумать, как телефон зазвонил вновь. Теперь звонил Женька.
Ага, поспишь тут с ними…
— Рит, мне кажется, я вчера погорячился, отправив тебя в отпуск, — обменявшись со мной примерно такими же первыми фразами, закинул он удочку.
— Не выйдет, я уже расслабилась.
— Нет, ну правда, чего тебе три дня дома делать? Серьёзно, приходи, а?
— Вы что, сговорились с Сергачёвым? Никакого покоя от вас с утра… Не хочу.
— Ясно. Ну ладно. А я такой потрясный спектакль ночью задумал, как вернёшься, обсудим.