— Ну что, пошли курить?
— Пошли, — протянул Клык, не переставая удивляться переменам, которые происходили со Спичкой. Он уже засомневался, тот ли самый Спичка полчаса назад скулил во сне.
На крыльце он был всего раз. У Дома их было два: одно выходило в закрытый двор, другое — на улицу. Они вышли во двор.
Здесь пахло свежим ночным воздухом, светила луна, комары стайкой летали вокруг фонаря. Ночью двор не было видно полностью, дальние деревья утопали в темноте и белёсом тумане. Вдалеке выла собака.
Спичка подошёл к самому краю и свесил ноги вниз, повиснув руками на перекладине перил.
Олег достал сигарету и хотел отойти подальше, чтоб не мешать, но тот его позвал.
— Иди сюда. Клык.
Как заворожённый, Клык подошёл и устроился рядом. Сигарета осталась незажженной.
— Ты курить будешь?
— А… Я зажигалку в комнате оставил.
Спичка молча залез в карман и протянул ему свою. Пришлось курить.
Ему наконец выдался случай получше рассмотреть изменения, произошедшие в Спичке. Первое, и самое бросающееся в глаза: осанка. Обычно зажатый, сейчас он держался, расправив плечи и приподняв подбородок. Почти гордо. Словно хозяин Дома. Он больше не прятал взгляд, не пытался закрыться, и смотрел свысока, но не так, как Фараоны. Фараоны выглядели нелепо в своих попытках быть выше других, вытягивали шеи, прикрывали глаза, ухмылялись. Спичка же смотрел как птица, парящая над другими, свободная и независимая. Былая слабость превратилась в лёгкость, зашуганность — в спокойную уверенность. Тощие очертания внезапно стали изящными, а скованные движения приобрели плавность. Он был красивым и с утра, но теперь, ночью, им было невозможно не восхищаться. Даже с подпухшими глазами.
— Часто ты ночью гуляешь? — спросил Клык, выдыхая дым.
— Нет. Очень давно не гулял.
— А почему?
Спичка посмотрел на него серьёзно.
— Это так важно?
— Просто интересно.
— Тогда я не буду отвечать. Спроси что-нибудь другое.
Клык вдруг осознал, что впервые за два дня ему не запрещают задавать вопросы. Внезапно столкнувшийся с возможностью узнать всё, что его интересовало, он почувствовал себя ребёнком в конфетном магазине.
Спичка с интересом наблюдал за его размышлениями.
— Тебе часто снятся кошмары? — он решил остановиться на самом очевидном.
— Бывает, что снятся. Бывает, что нет. Я привык.
— И… Что ты обычно делаешь?
— Просыпаюсь. Просто чуть позже, чем сейчас.
— Ага…
Клык затянулся, вспоминая, что ещё его интересовало в последние дни. На ум, как назло, ничего не приходило.
— Ты всегда рисуешь? Всё свободное время?
— Я рисую только когда чувствую себя нехорошо. Как сегодня ночью.
— И в тот день, когда я приехал? И когда из столовой пришёл?