Птичья тюрьма (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Спичка вошёл в комнату через две минуты после Клыка. Тот сидел у себя, на верхней полке, и прожигал глазами страницу книги, думая о своём. Тишина сразу стала давящей и душной. Клык даже хотел выйти, но это было бы странно.

В голове крутились одни и те же мысли. Почему их обсуждают? Почему не Клыка и Комиссара, они ведь поругались? Почему не Клыка и Филина, они ведь из враждующих блоков, и Филин был первым, с кем он заговорил? Как Спичка к этому относится, ненавидит его? Или жалеет?

Клык был не из тех, кому приятно быть в центре всего. Спичка, если судить по первому впечатлению, тоже. И меньше всего Клык хотел бы распространять на него свою «славу» новичка. Не на Спичку. Спичка был… Хорошим, что ли? Тихим, застенчивым. Ему, наверное, непривычно было ловить на себе столько взглядов. И в этом была вина Клыка.

Спичка лёг к себе, и стало совсем плохо. Казалось, что температура поднялась на несколько градусов. Клык провел ладонью по лбу и очень удивился, когда не обнаружил пота. Тишина такая, что было слышно, как быстро работает карандашом Спичка, штрихуя свой рисунок.

Надо было что-нибудь сказать. Надо было спросить, не злится ли он. Надо было извиниться.

Клык набрал побольше воздуха, сжал кулаки и начал:

— Послушай, Спичка…

Но тут в комнату вошёл Кремень. Клык замолк. Штрихующий звук внизу тоже прекратился. Говорить при посторонних не хотелось, так что Клык очень понадеялся, что Спичка поймёт. Или, ещё лучше, что он не услышал. Или — но это уже совсем мечты — что он услышал всё, что было нужно, в его интонации. Клык слышал, что некоторые в Доме так умеют.

Потом пришли ещё Дылда и Зелёный, и Клык смог выйти из комнаты так, чтобы это не выглядело бегством от конкретно Спички.

Он прошатался по коридорам около часа, съедая себя изнутри переживаниями. Потом зашёл в туалет и покурил. Здесь на курящих подростков смотрели сквозь пальцы.

В коридоре он встретил Филина с друзьями — все взрослые. Тот здороваться не стал, но неожиданно подмигнул. Это была насмешка? Кажется, нет. Может, он не хотел светить знакомством с кем-то из Фараонов. Или лично с Клыком. Но это уже походило на паранойю, а Клык так устал думать, что решил забить.

Вернулся в комнату он только к отбою. Когда он вышел из душа, свет уже не горел, хотя Клык был уверен, что здесь не спят где-то до часу. Оказалось, Фараоны любили спать почти так же, как Дельфины любили говорить.

В темноте он добрался до кровати, с каждым шагом волнуясь всё больше. Но Спичка спал. Из большого кокона-одеяла торчала только одна его босая ступня и доносилось тихое сопение.

Клык залез к себе на кровать, откинул одеяло и пятками скомкал его до самого низа, оставшись в одних трусах на голой простыне. Так жарко, как пару часов назад, уже не было, но липкое чувство какого-то иррационального стыда топило не хуже банной печи.

Заснуть он не мог, так что достал из-под подушки плеер с наушниками и врубил музыку. Рок его всегда убаюкивал не хуже любой колыбельной.

Лишь в половину двенадцатого он решил, что уже достаточно спокоен, чтобы спать. Но вместе со снятыми наушниками обнаружилась одна проблема.

Спичка жалобно стонал во сне.

========== Часть 3: Ночь ==========

«Во сне хитрый демон может пройти сквозь стены,

Дыханье у спящих он умеет похищать.

Бояться не надо, душа моя будет рядом

Твои сновидения до рассвета охранять»

Ария — Потерянный рай

Спичка скулил жалобно, как побитый щенок, иногда прерывисто выдыхая. Клык его не видел, но не требовалось большого воображения, чтобы представить, как ему было плохо.

Когда-то Клыку тоже снились кошмары, и это было ужасно: просыпаться посреди большой темной комнаты липким от пота, с остатками ещё не ушедшего страха вглядываться в предметы, пытаясь вернуть себя в реальность. Ночью это было сложно. Стулья с одеждой казались замаскированными сказочными карликами, забирающими детей, обувь под кроватью походила на затаившегося хищного зверька. А самое страшное — лица соседей по комнате. В темноте они выглядели не человеческими, а какими-то чужими, дьявольскими, либо мёртвыми, сколько Клык не убеждал себя, что это просто игра света.

— Зачем, — прошептал вдруг Спичка и протестующе замычал во сне.

Тут совесть Клыка уже не позволила себя заглушать — завыла волком. Если бы все люди боялись неловкостей, то не было бы героев, а Клык хотел быть героем. В детстве. Может, он и подпортил Спичке жизнь своим появлением, но сейчас бездействовать нельзя. Тем более, он хотел извиниться.

Клык спустился вниз, мягко спрыгнув с последней ступеньки, стеснительно потёр локоть и взглянул на Спичку. Как и всегда, человеческое лицо смотрелось страшно в темноте, даже плачущее, даже если видеть, как его обладатель лежит, обняв коленки в страхе. С чёрными пятнами на месте глаз, с искривлённым ртом… Клык даже немного завис в нерешительности. Нужна ли здесь его помощь? Может, он сделает только хуже?

Но тут произошло следующее: за окном, озаряя дорогу фарами, медленно проехал автомобиль. Наверное, кто-то ночью спутал поворот или ещё чего. Обычно машины сюда не заезжали. Бледно-голубой свет попал в окно, пролился дорожкой по полу, делая различимыми фантики, чьи-то вещи и потёртости на линолеуме, осветил часть ступни Клыка, прыгнул на кровать и, лавируя между толстыми складками одеяла, остановился на лице Спички. В одно мгновение страшное полуночное существо превратилось в испуганного мальчика с двумя блестящими влажными дорожками на бледном лице.

Спичка отвернулся от света, метнулся на другой бок, но Клыку для храбрости было достаточно и этих нескольких секунд. Он подошёл к изголовью кровати, сел на колени и осторожно потрепал рукой сгорбленные плечи.