Колхозное строительство 7 (СИ): читать начало книги онлайн

Глава 1

Колхозное строительство 7

Интерлюдия 1

Пришёл клиент к часовому мастеру. Тот развинтил его часы, а из них выпал дохлый таракан. Мастер говорит:

— Тю, браток, так у тебя же машинист помер!

Таракан Ёж не на шутку разозлился. В доме опять появился чужак. Что же это за напасть-то такая — всё время присылают врагов! Этот враг был ещё к тому же и умный: он не бросился в драку сразу, нет. Он решил сначала оторвать от Ежа всех его друзей и слуг. Беседы стал с ними вести, рассказывать, как будет хорошо, если все тараканы отвернутся от Ежа и станут плясать под его, Даллесовскую дудку.

Старые опытные тараканы послушали этого Аллена, плюнули и вернулись к Ежу, а вот часть молодёжи стала крутиться вокруг новенького. Ёж решил и сам послушать, чего же такого мог сказать этот недомерок его тараканам, что те стали задирать нос на своего вождя. «Эта квартира лежит в развалинах. По подсчётам экономистов, хозяевам потребуется от тридцати до пятидесяти лет, чтобы восстановить тут всё, расставить мебель, разбросать крошки, да и вообще всю квартиру в целом обставить. …Тридцать, пятьдесят — оба этих срока нас не устраивают. Надо, чтобы хозяева потратили на восстановление хозяйства в три раза больше времени!»

Ёж задумался. Чем же хороша разруха? Есть место, где прятаться, это да — но за аккуратно расставленной мебелью места тоже хватает. Нет в разрухе ничего хорошего. У бедных не бывает вкусных крошек от печенек и вафель. Мутный тип этот Даллес.

Потом новенький совсем разошёлся.

«Тараканья натура такова, что в беде всегда ищет какую-нибудь отдушину: одни цепляются за религию, другие заливают горе вином, третьи ищут забытья в разгуле. Русским тараканам сейчас приходится туго. Вдова, потерявшая на фронте свою половину… молодая тараканиха, которую бросил любимый… юный таракан, сразу не нашедший себе места в жизни… Натолкнём их на мысль, что они должны уповать на бога, завлечём их в секту, а если таковой не имеется — организуем сами!.. Местные тараканы любят попеть за рюмкой водки. Напомним им, как отлично они чувствовали себя, попробовав пролившееся вино. Пьяному море по колено, говорят местные. Давайте найдём такое море, и пьяный таракан побредёт туда, куда нам нужно.»

Нет! С этим Алленом нужно кончать. Как-то после праздника Ёж подкараулил его, когда тот пробегал мимо небольшой лужицы пролившейся водки, и, схватив всеми шестью лапами, подтащил к ней. А потом сунул туда его треугольную говорливую головку и держал, пока Даллес не перестал сучить своими короткими ножками, покрытыми рыжими волосками.

Отбросив труп очередного засланца, Ёж посмотрел на потолок и пробурчал:

— В следующий раз пришлите кого поумнее. Моих тараканов водкой не испугаешь.

— Хорошо, — сказал потолок — и прислал её.

Да-а-а! Не поскупились. Хороша. Звали новую тараканиху — Мерлин.

— Это рыба, кажется, так называется? — попытался напрячь свои уменьшившиеся мозги Ёж.

— Глупенький! Рыба называется не Мерлин, а марлин, — хохотнула засланка.

— Да без разницы! Иди сюда, рыбка моя! Сейчас будем делать маленьких марлинчиков…

Интермеццо первое

Штирлиц стоял весь в медалях на развалинах Рейхстага. Мимо ехали мрачные гестаповцы на мотоциклах.

«Металлист», — подумали гестаповцы.

«Байкеры», — подумал Штирлиц.

Кадри Лехтла ворочалась на скрипучей панцирной кровати и не могла уснуть. Так всегда бывало при переезде — первую ночь не шёл сон, и всё тут. Хоть что предпринимай. Даже как-то выпросила у санинструктора таблетку димедрола. Ещё хуже стало — голова как ватой набита, глаза слипаются, мысли еле ворочаются, а сон, будь он проклят, так и не идёт. Паршивое состояние.

Где-то услышала, что надо наесться до икоты, и тогда заснёшь без проблем. Попробовала. Почти получилось: глаза стали слипаться, мысли путаться. В таком состоянии промучилась несколько минут — и спишь, и не спишь. Потом прошло, опять всю ночь провертелась, только ещё и с полным животом.

Ещё про тёплое молоко подруги нашептали. Два стакана выдула — а дело зимой было, и туалет не в казарме, а на улице. Несколько раз пришлось по морозу бегать. Чуть не простыла тогда. Какой уж тут сон после пробежки с голыми ногами в тридцатиградусный мороз.

Смирилась. Завтра отоспится — а сегодня придётся повертеться. Их с Дальнего Востока опять перебросили в Восточный Казахстан. Вспомнила вечерний инструктаж. Китайцы не успокоились, тактику сменили.

В районе казахского посёлка Дулаты проходила чабанская тропа. По ней китайцы регулярно прогоняли свои отары, а за передвижением этих отар и стад следили советские пограничники. После конфликта на острове Даманском в ожидании новых военных провокаций к посёлку были выдвинуты усиленные мобильные группы, включавшие бронетранспортёры с пулемётами.

2 мая 1969 года под видом пастухов к посёлку Дулаты проникли военнослужащие НОАК. Надеялись на ослабление внимания пограничников из-за праздника. Они умело маскировались и прятали оружие под куртками. Прогон отар в этот день оказался неожиданным для советских погранцов: «пастухов» оказалось больше обычного, не менее сотни.

Вторжение началось в 8 часов утра на правом фланге заставы Дулаты Бахтинского Краснознамённого погранотряда. Агрессоры смогли вклиниться на советскую территорию на глубину до трёх километров, заняв оборону на фронте в 8 километров.

В ответ на это с советской стороны к месту конфликта отправились мобильные группы. Собрали до трёх десятков бронетехники и до 500 солдат и офицеров, группой командовал майор Иван Бутылкин. В небе появилась советская штурмовая авиация.