А Блэквайтер думал… о Маше Роговой.
Машка шла по улице медленно и словно не желая делать движения.
Она не обращала внимания на людей вокруг, на то, как все веселились и готовились к предстоящим новогодним праздникам.
Она думала… о Блэквайтере.
Блэквайтер, находясь у себя дома, подошёл вдруг к входной двери, думая открыть её и дойти до живущей напротив Маши.
Машка, находясь у себя дома, подошла вдруг ко входной двери, думая открыть её и дойти до живущего напротив Блэквайтера.
Он не открыл, а пошёл назад в свою комнату.
Она не открыла, а пошла назад в свою комнату.
– Блин, чувак, ты бы видел, какой там Бэтмен в новом кроссовере Сидаба! Он… он просто охуеть! – Восхищённо рассказывал Блэквайтеру Лео в столовой, а тому почему-то было не до Бэтмена.
Он вдруг встал, ничего не объяснив, и пошёл по коридору, где, благо, особо народу не было.
Потом уселся в полупустом вестибюле на скамейку, где сидел, глядя в пол, пока не услышал женский голос рядом:
– Привет.
Он обернулся и увидел Машу.
– Ты бы это видела, меня Семён к героям своего этого ДиСи прифотошопил, офигеть, мне такой подарок ваще ещё не делали! – Восхищённо рассказывала Вера Машке в коридоре, а той почему-то было не до ДС.
Она, извинившись, поднялась, не ответив больше ни на один вопрос Веры, и пошла по коридору, где, благо, особо народу не было.
– Ну хочешь, я попрошу, он и тебя прифотошопит? – Крикнула ей вслед Вера, думая, что дело в этом.
Машка уселась в полупустом вестибюле на скамейку, где заметила Блэквайтера.
И почувствовала, что у неё сердце бьётся.
«Что это? Почему? Столько вопросов… это же… этого же не может быть».
Но мозг сам всё делал за неё.
И она сказала ему:
– Привет.
Блэквайтер обернулся и они встретились глазами.
И Машка вдруг почувствовала себя так, будто лишь они двое сейчас существуют во всей этой огромной Вселенной, и не говоря никаких слов, всё понимают, а миры вокруг… будто зарождаются, проживают жизнь и умирают, а им всё равно, они просто готовы смотреть друг на друга, и время для них уже не идёт.
Они говорили, и разговор у них шёл очень неуверенно.
Блэквайтер чувствовал себя так, будто Машка для него чужая и при этом самая дорогая во всём мире.
– Так у вас с Ларой теперь всё хорошо? – Спросила его подруга.
– Да, – подавленно ответил он, и сам уже не был уверен, что это правда, – у нас всё просто отлично.
– Это здорово…
Немного помолчав, будто бы как будто ей обидно от этого, она добавила: