— Веди.
В шахматном кружке, оказавшемся совсем небольшой комнаткой в библиотечном корпусе и больше напоминавшем собой Мавзолей, так тут было тихо, сидел лишь один бледный кудрявый паренёк в потных очках, одетый в рубашку с кардиганом и деловые коричневые брюки, походивший на типичного такого задрота, и игравший в шахматы сам с собой.
Машка с Блэквайтером аккуратно вошли внутрь, а ботан даже не обратил на них внимания.
Машка тихо прошептала другу:
— А тут тихо… ладно уж. Подожди-ка здесь.
После чего она, включив милую девочку и кротко поздоровавшись, села напротив ботана и протянула руку:
— Я Маша.
Ботан выпучил глаза, будто не веря своим глазам: с ним здоровается живая, да ещё и красивая девушка!
Блэквайтер, к слову, тоже не верил.
— Семён, — сказал ботан, пожимая Машке руку.
— Слушай, Семён, а ты не мог бы мне помочь? Я просто очень-очень хочу научиться как можно скорее играть в шахматы, но я чё-то в этом плане такая дурочка, — хихикнула блондинка, — ты бы не мог меня научить играть и всяким там секретным приёмам, благодаря которым можно ловко выиграть? Только побыстрее? За час???
— Э…
— Пожалуйста, Семён, — протянула Машка, положив свою руку на его, из-за чего ботан чуть не подпрыгнул, — ты моя последняя надежда.
Семён закивал.
А Блэквайтер, весь напрягаясь, подумал, что раз уж такое дело, он тоже ведь мог бы научить Машку играть в шахматы… если бы она и его за руку взяла.
В это время Кристину, совсем поехавшую на своей мести Машке непонятно за что, ведь она в глазах других во всём её обходила, ждал самый настоящий удар судьбы.
Дело в том, что она так волновалась за парня, беспокоясь, что он проиграет, что решила совсем уж сильно подставить Машу: выкрасть телефон из сумки преподавателя из деканата и подложить его в рюкзачок Машки, чтобы потом её же и обвинить преподу, сказав, что она видела, как Машка рыскала по её сумке.
«Идеально», — говорил ей мозг, — «кто знает, что этой рогатой дуре за это будет. Может, её вообще исключат? Пусть дура порыдает».
Но вот в момент, когда она, убедившись, что вокруг никого, прокралась в деканат и начала рыскать по сумке преподши, та, забыв здесь кошелёк, вернулась и с удивлением уставившись на Кристину, спросила:
— Что здесь происходит?
Кристина с телефоном, который она только что сжала в руке, резко обернулась к ней и…
Раскрыла рот от изумления.
— Блять, — вырвалось из её глотки.
Машка спустя час сидела на скамейке на пятом этаже, обдумывая весь свой план и пытаясь вспомнить всё, чему научил её этот миловидный ботаник Семён.
Вдруг к ней подсела Лара, которая неожиданно спросила:
— Хорошо подумала? Морозов ведь ещё с первого курса лучше всех на потоке в шахматы играет, его даже в шахматный кружок звали. Откажись, пока не поздно. Ну максимум постебутся над тобой словесно, ну и что такого?
— Нет, Лар, не могу, — совершенно серьёзно вздохнула Машка, — спасибо, конечно, но это для меня уже дело чести.
Лара только пожала плечами.
Больше им нечего было друг другу сказать, и девчонки молча пошли в сторону аудитории.
— Ну что, готова продуть, рогатая? — Издевательски усмехнулся Морозов, сидя с одной стороны стола, на котором уже стояли шахматы, а вокруг собралась толпа народу.