Все трое ребят сразу напряглись.
Блэквайтер, хоть ничего и не сказал, но сразу вдруг перехотел, чтобы Маша сдавала у него зачёт.
Машка взяла на себя смелость прервать его первой:
— Э… извините, это вы Эдуард Константинович?
— Да, да? — Быстро отреагировал физрук, резко отскочив от студентки, а затем, будто возвращаясь в реальность, зашагал в сторону своей каморки и бросил на ходу, — вам чего, а то я занят?
Пришлось пойти, и когда они уже дошли до входа в каморку(которая, надо сказать, тоже была обставлена по высшему разряду… а уж сколько тут было кубков и медалей), Маша объяснила:
— Нас к вам направила э…
Пришлось ей аккуратно взглянуть на руку, на которой ручкой было написано имя преподши, и продолжила:
— Светлана Викторовна. Сказала, чтоб мы у вас зачёт сдавали.
— Вот сучка недоёбанная, — прошептал физрук, заставив ребят нехило так охуеть, а потом строго обратился к ним, — ждите здесь.
После этого он взял телефон, позвонив, кажется, той самой Светлане Викторовне, и начал орать во весь голос:
— Ты зачем ко мне этих трёх дебилов отправила? Я понимаю, девчонки ещё, а этот тощий там зачем?
Вера усмехнулась, а Машка сочувствующе похлопала по плечу поморщившегося Блэквайтера.
— Короче, не собираюсь я твоих идиотов принимать! Сама чё хочешь, то и делай, чё ты на меня вечно всё спихиваешь?! — Продолжал физрук, — да, давай на него. Вот к нему-то сразу и надо было отправлять, в следующий раз так и делай. Чё? Да похуй мне. Всё, давай.
Потом, бросив трубку, физрук обернулся к ребятам и сказал:
— Короче так, ребят, вам в медкорпус, ищите там Аслана Айратовича.
У Веры отвисла челюсть в тот момент, и Машка, тоже ошарашенно глядя на физрука, рукой дотронулась до подбородка подруги и закрыла челюсть обратно.
Медкорпус оказался куда скромнее. Нет, не так. КУДА СКРОМНЕЕ.
Такого плохого ремонта ребята давно уже не видели: как будто в самую дешёвую городскую больницу пришли. Тут воняло, тут был скрипучий деревянный пол, местами весь заплёванный, а в открытых дверях кабинетов часто можно было заметить такое явление: студентам не хватало места, и сидели они на полу.
А ещё тут была целая куча всяких индусов, кавказцев и армян.
Перепуганная Вера схватилась руками за Машкин рукав и зашептала:
— Машка, я боюсь… вдруг они меня порежут или ещё чего похуже?
— Да спокойно, просто держись за меня если чё.
Так они очень быстро добрались до дешёвого сырого спортзала, где бегала куча кавказцев в одних только спортивных трусах и майках с волосатыми ногами и грудью.
При виде этой картины Машка приподняла бровь удивлённо, кажется, не желая от такого зрелища отрываться, а Блэквайтер весь напрягся: конкуренты-кавказцы это явно не то, о чём он просил Деда Мороза.
— Я ж теперь отсюда не уйду, — прошептала Вера.
Первой смогла, пересилив себя, отвлечься Машка, которой Блэквайтер, по её же просьбе(И ПОТОМУ ЧТО САМ ХОТЕЛ) закрыл глаза ладонью, и потянув подругу за руку, пошла в сторону физрука-армянина.
— Э-э-э, здравствуйте, Аслан Айратович, нас к вам отправил Эдуард Константинович, чтобы мы у вас зачёт сдали, а к нему до этого Светлана Викторовна.
— Вот старый гандон, — с акцентом быстро ответил местный физрук, из-за чего Вере пришлось сдержать смешок.
Аслан Айратович же сразу после этого набрал номер, кажется, Эдуарда Константиновича(точно они этого уже никогда не узнают, ведь для этого придётся выучить армянский) и начал на своём армянском кричать, судя по эмоциям, что-то совсем неприличное, размахивая свободной рукой, а потом и вовсе кулаком.