— Ну не надо, ну пусти, — запротестовала она.
— Чернокожий совсем от рук отбился! – Продолжал смеяться Морозов.
Потом шлёпнул Машку по заднице, заставив её с визгом подпрыгнуть на месте, а затем, подняв её, бросил на спину в ближайший сугроб.
— Ну ты, блин, ну вообще! – Закричала Рогова.
Морозов посмеялся, а потом помог блондинке подняться и спросил:
— Ну ладно, я же шучу, ну чё ты?
— Идиот, блин.
И обидевшись, Маша зашагала вперёд, а Морозов вздохнул и принялся её догонять.
Когда ребята пришли в квартиру Морозова, то первым делом встретились с его спешащим куда-то и на ходу надевающим дорогой костюм отцом.
Маша сразу, мило улыбнувшись, поздоровалась:
— Здравствуйте.
— Пап, знакомься, это Маша…, — неуверенно начал Паша, так, что Рогова его даже не узнала.
— Да, да, — без интереса кивнул отец, надевая часы, — так, я сейчас ухожу, меня до завтра не будет.
А он был похож на сына, невольно подумала Машка: весь этот пафос и гордость за себя перед другими… ну и тоже выглядит милым, как и сын.
Отец у него тоже был высоким, тоже чёрные волосы, правда, уже поседевшие, хорошо уложены, и тоже запах этого дорогого парфюма.
Так Паша под него, что ли, парфюмом косит?
Сильно он, выходит, папу своего любит. Это мило.
Вскоре Морозов-старший ушёл, и постояв-помолчав немного, Павлик развёл руками:
— Ну, хорошо хоть квартирка наконец в нашем распоряжении.
Они зашли в его комнату, где Маша села на кровать – настроение у неё было каким-то вялым после всего произошедшего сегодня, она надеялась, может, он захочет с ней просто поговорить… ну хоть о чём-нибудь. По факту, они столько времени проводили вместе, но при этом так мало по-настоящему, нормально говорили.
Но вместо этого Морозов начал к ней приставать, лезть целоваться несмотря на попытки Машки отсесть от него и просьбы перестать в начале – настроения совсем для этого не было.
Но вот вскоре он начал трахать её на своей кровати, и делал это в течение где-то получаса, она точно не считала.
Впервые у них что-то было в тот вечер на тусе, когда она сильно разозлилась на Блэквайтера, да и на Пашу тоже за то, что те хотели на неё поспорить, будто… на вещь какую-то. Тогда она серьёзно прям задумывалась расстаться с Морозовым. А потом был секс… как снятие стресса, походу. И надо сказать, секс был хорошим.
Вот в этом был главный плюс Морозова, наверное, для Машки, – секс с ним был хорошим.
Чем он потом активно и стал пользоваться, раз за разом пытаясь затащить Рогову в постель.
Иногда это удавалось, иногда нет. Ей уже даже из-за этого секс перестал нравиться так, как нравился раньше: она чувствовала себя какой-то игрушкой для секса.
«Неужели было бы так сложно просто о чём-то со мной нормально поговорить?».
После окончания процесса, отдышавшись как следует, девушка решила сделать попытку, повернувшись всем телом к парню:
— Ну а у тебя как твоя сессия идёт?
— Да нормально всё, четыре пятёрки уже, глядишь, и на золотую сессию так выйду, хоть этот старый гандон на меня орать перестанет.