Сакральные древности Крыма. Мифы, легенды, символы, имена и их отражение в искусстве: читать начало книги онлайн

Возникает вопрос: почему пролив был посвящен Гераклу, а не богу морей? Ведь Геракл — младшее божество, в греческой мифологии он принадлежит к героическому циклу: участвует в экспедиции аргонавтов, сопутствует Тезею. Он моложе двенадцати олимпийских богов. Но миф о Геракле, вначале рассказ о подвигах героя, постепенно собрал вокруг себя и другие, более древние легенды, в том числе связанные с походами Озириса-Диониса. По словам римского историка Авиена Руфа, царь-путешественник, прибыв на берег Северного Океана, велел воздвигнуть две стелы как пределы своей империи (Авиен, с. 825, 1381). Эти памятники были разрушены землетрясением или наводнением. Согласно очень древней арабской традиции, Сет, сын Адама, воздвиг в стране Сер (Сирия, то есть Солнечная страна) две колонны, одну из камня, другую из кирпича, последняя была разрушена потопом. Возможно, милетские греки познакомились с этой традицией на Боспоре и воздвигли на мысу Еникале храм Гераклу, обожествленному типу своих предков, наследнику славы и деяний египетского обожествленного царя.

Примеру, поданному первым из властителей мира, последовали величайшие азиатские властители от ассирийца Нина до главы татаро-монголов Тимура. Они претендовали подчинить своей власти как можно больше земель и народов. И то обстоятельство, что многие из них стремились довести свои завоевания до «Столпов Геракла» как предела обитаемой земли, косвенно доказывает, что они претендовали сравниться с легендарным египетским монархом Сезострисом. Мегасфен, согласно Плинию, рассказывает, что Навуходоносор, царь халдейский, продвинулся до этого крайнего предела. То же сказано о Теархе-эфиопе. Согласно исследованиям, это царь Тарака, основатель эфиопской династии в Египте, который довел свои победоносные войска до Ливии и Месопотамии. Речь идет о Ливии на Кавказе, где были воздвигнуты стелы предшественника.

Дарий, царь персов, также велел воздвигнуть на берегах Фракийского Босфора две колонны, где были высечены имена народов его армии — греческими буквами и ассирийской клинописью. Наконец, Александр Македонский, поставивший целью пройти по следам Озириса-Диониса и вынужденный вернуться из-за ропота войска, велел воздвигнуть на берегах Инда 12 каменных алтарей, посвященных богам. Доказательством этого древнейшего верования, помимо легенд, служат Птолемеевы карты: на них еще в XV веке продолжали воспроизводить пару колонн и алтари.

У Аммиана Марцеллина есть упоминание об алтарях Александра на реке Борисфен (Днепр). Присутствует оно и у Макробия: их поставил полководец и наместник Александра Зопирион, который во время похода против европейских скифов дошел до Ольвии (в устье Днепра), но был отброшен от города и погиб.

Следуя античным традициям землеописания, средневековые картографы считали необходимым обозначить границу цивилизованного мира — края ойкумены — алтарями и колоннами (столпами). Колонны и алтари на границе со Скифией-Тартарией-Сарматией — это своего рода пограничные столбы, обозначавшие пределы цивилизованного мира; их воздвигали Озирис-Дионис, Геракл, царица Семирамида, цари Ксеркс и Дарий, Александр Македонский и Юлий Цезарь. С именем Александра связано наибольшее их число: две колонны — на востоке, три алтаря — на севере и три алтаря — на юге.

Александровские Столбы. На географических картах, созданных во втором веке нашей эры александрийским астрономом Клавдием Птолемеем, Северный Кавказ значится как «Азиатская Сарматия». На ней отмечены две колонны, называемые «Александровы Столпы». Из античных письменных источников можно узнать, что Александр во время своего завоевательного похода действительно воздвиг на одном из холмов два колоссальных камня. Легенда гласит, что он хотел добраться до полярных областей и побывать в полуночной стране гипербореев, где, как утверждал его учитель Аристотель, полгода стоит ночь, а в другую половину года царит лучезарный Аполлон. Но македонская армия была не в силах идти так далеко из-за непривычных для нее морозов, снегопадов и порывистого ветра. Александр направил войско на юг, к Индии, отметив крайний предел своего северного продвижения и установив в этом месте каменные колонны. Если сопоставить координаты Птолемеевой карты с современными, то оказывается, что Александровы столпы должны находиться где-то на территории нынешнего Ставрополья. Здесь, на высоком холме близ села Александровского стоят столбы из желтого песчаника. Высота каждого из столбов 6 метров, а окружность в нижней части 10–12 метров. Они столь огромны, что люди воспринимают их как нечто из ряда вон выходящее, а исследователи до сих пор не прекращают спорить об их естественном или же искусственном происхождении. Сам холм вплоть до конца девятнадцатого столетия назывался горой Северной. Местные краеведы связывают с ними далекие отзвуки сказаний об Александре Великом, отметившем крайние северные пределы своего похода громадными каменными колоннами. Отметим, что Александр, избравший образцом Озириса-Диониса и сам ставший средоточием древних легенд, в этом плане идентичен Гераклу, как землепроходцу, воздвигавшему «пограничные столбы» обитаемого мира^[108].

«Столпы Геркулеса» в ратуше, Севилья. В 1492 году король Фердинанд II Арагонский принял символ «Столпы Геркулеса», обвитые лентой с латинской фразой Non Plus Ultra, означающей «не дальше». Это означало «здесь конец знаемой земли». Но когда Христофор Колумб открыл Америку, надпись была изменена на «Plus Ultra» — «Дальше». Около 2,5 тыс. лет тому назад знаменитый философ и ученый Платон, давая сведения об Атлантиде, упоминал (как ориентир) Геркулесовы столбы, за которыми находилась Атлантида. Стало традицией считать Геркулесовыми столбами скалы, расположенные по обеим сторонам Гибралтарского пролива. Однако они имеют высоту до 426 метров над уровнем моря и ничуть не напоминают столбы. Помимо этого по поводу местоположения Геркулесовых столпов есть вопросы. Действительно ли имеют они отношение к берегам нынешнего Гибралтарского пролива? Или это еще одно географическое недоразумение? Известно ведь, что герой древнегреческих мифов Геракл почти все свои подвиги совершал на Пелопоннесе и в Скифии. Древние сказители, рассказывавшие о подвигах Геракла задолго до Платона, в то время могли и не знать дальних морей-океанов. Лишь по мере расселения греков на запад мифы приурочивались к новым местам обитания, и Геркулесовы столпы перекочевали на Гибралтар, обозначив новый предел обитаемой земли.

Испанский герб. «Столпы Геркулеса» стали частью герба Карла V, символизируя новые владения Испании в Америке. Символ чеканился на золотых и серебряных монетах: Столпы Геркулеса, обвитые лентой в виде буквы «S», изображались на фоне двух полушарий. Многие считают, что знак доллара — это видоизмененный герб испанской королевской семьи (Лента в виде буквы «S» изображена вертикально, ее пересекают две вертикальные черты, символизирующие Геркулесовы столбы, которыми герой отметил «край света»). Имеется, например, древняя испанская монета, названная «столбовым долларом», на которой изображены две колонны-близнеца и два полушария (Старый и Новый Свет).

В целом же знак был символом морской мощи Испании. Две знаменитые башни Центра мировой торговли в Нью-Йорке означали для многих две вертикальные линии в знаке доллара, наступление нового американского века, Pax Americana. Есть предположение, что именно поэтому они были избраны главной целью атаки террористов Аль Каиды 11 сентября 2011 года.

Еще о символике сакральной географии, или зачем Атланта отправили на Запад?

В заключение поясним, почему острова в Боспорском проливе, упоминаемые античными географами, назывались Атлантическими. Здесь ясно прочитывается символика сакральной географии. Семь островов идентичны семи холмам священных городов Урука, Рима, Константинополя, Москвы, да и многих городов древности и Средневековья: это уподобление семизвездью Большой Медведицы. Оно, в свою очередь, ориентирует нас на Полярную звезду и на вертикаль мировой оси, то есть указывает на гиперборейскую традицию во всей ее первозданности. Хранителем или олицетворением мировой оси являлся титан Атлант. Аполлодор, автор «Мифологической библиотеки», предостерегал от искажений в рассказе о встрече Геракла с Атлантом, посланным за яблоками Гесперид: «Эти яблоки находятся не в Ливии, а у Атланта, где обитают Гипербореи». Титан Атлант, сын Иапета и океаниды Климены, брат Прометея, после поражения в борьбе богов и титанов (титаномахия) осужден поддерживать небесный свод. Он является также отцом Гесперид, обитающих в саду с золотыми яблоками. Эти детали определяют древнюю роль Атланта — служить олицетворением мировой оси, вокруг которой и находится тот единственный остров спокойствия, блаженства, который символизирует сад Гесперид. Но ось по смыслу находится в центре мироздания, а не на краю, будь то Запад или Восток. Изображения, где Атлант поддерживает-олицетворяет столп-ось в центре неба — зодиакального круга, увенчанную фигурой верховного божества, ближе всего передают первоначальный смысл образа. Но переориентация мифологической истории на Запад уже произошла. Не потому ли гораздо более популярными стали последующие изображения Атланта, где он представлен в состоянии неравновесия, в неудобной согнутой позе под тяжестью огромной сферы? Да и сами греки к тому времени забыли первоначальную роль Атланта и предпочитали некий анекдот из подвигов хитроумного Геракла. Согласно ему, Атлант попросил Геракла подержать небесный свод, покуда он сходит за яблоками. Богиня Афина помогает герою держать тяжесть неба — одному ему не справиться. Вернувшийся с яблоками Атлант не захотел взваливать на себя небесный свод, но Геракл прибег к хитрости: попросил титана подержать его временно, пока он сделает себе подушку на плечи, и был таков. Именно эта сцена изображена на мраморной метопе храма Зевса в Олимпии, ок. 460 г. до н. э.

Тем важнее для нас указание Аполлодора на правильный адрес: «Когда же Геракл пришел к Атланту, что в Гиперборейских пределах», и на истинную роль титана, которую он на несколько минут доверил герою, который «принял от Атланта северную ось мира (нацеленную на) Полярную звезду»^[109]. Этим уточнением, повторенным дважды, все становится на свои места. В самом деле, держать полусферу небесного свода где-то с краю, на дальнем Западе — нелепо. Напротив, поддерживать мировую ось, пронзающую землю и небо в самом центре, с юга на Север, подобно ручке зонтика — значит соблюдать равновесие. Добавим, что зонт, прежде чем стать утилитарным предметом, имел сакрально-символическое значение. Это особенно явно в культурах Востока, где зонт возносился над головой царя или правителя, обозначая его центральное место в мироздании: над ним — небесный свод, поддерживаемый мировой осью, которую изображает ручка зонта.

Аргонавты и Одиссей на Боспоре Киммерийском

Черноморский потоп привлек внимание к палеографии региона. Вновь поставлен вопрос о так называемых «ошибках» древних географов, которые — как давно подозревали, или, скорее, прозревали некоторые ученые — были скорее описанием прежде бывшего положения вещей. Оно тем интереснее, что с ним связана самая ранняя сакральная география, и даже подробная топография местности. Общее положение сакральной географии гласит, что в ходе миграций народы учреждают вторичные сакральные центры в подобие некоему первичному сакральному центру на их прародине. Выявить ее тем важнее, что Северное Причерноморье явилось местом долгого обитания индоиранских народов, исходным местом их дальнейшего расселения после катастрофы в западном и восточном направлениях. Другими словами, здесь происходил переход от меридионального направления к широтному.

Сложилась традиция при описании Боспора Киммерийского вспоминать слова Гомера:

— Одиссея, XI, 10–15.

И это о солнечной Тавриде! Однако смысл строк разъясняется тем, что именно сюда, в «Аидову мглистую область», явился Одиссей за прорицанием, которое должно было определить его дальнейшую судьбу. Неуместно прилагать их к цветущей Тавриде — Эрифии (еще одно название Тавриды), где привольно паслись великолепные быки Гериона, которых должен был угнать Геракл. Оказывается, у Гомера вышеприведенные строки были описанием царства Аида, а его основой послужила реальная область — многочисленные вулканы Керченско-Таманского региона, извергающие потоки кипящей воды, смешанной с нефтью, грязи, воспламеняющихся газов.

Уже были высказаны предположения, что Гомер в своем описании плавания Одиссея с упоминанием его предшественников — аргонавтов — определенно указывает на то, что они проходили по Керченскому проливу в Азовское море. Огромное впечатление произвели на них «огнедышащие» грязевые вулканы Боспора.

— предупреждает Одиссея Цирцея.

Далее прохождение между Скиллой и Харибдой описывает сам Улисс, причем на редкость реалистично, отмечая кипение воды и клокотание грязи:

Нельзя не узнать в этом описании извержения грязевых вулканов!

Описание скал Харибды и Скиллы в «Аргонавтике» также дает соответствующую картину:

Палеогеография Таманского полуострова говорит о том, что еще в середине 1 тыс. до н э. он представлял собой архипелаг из трех-четырех островов, разделенных несколькими рукавами Кубани и Протокой. Такая картина согласуется с письменной традицией, зафиксированной в периплах и у Страбона. В большей части из них упоминается остров Алопекий, Алопека, ныне не существующий; предполагалось, что он находился в центре пролива, либо в устье Дона; но более серьезных попыток определить его местонахождение не предпринималось. Таким образом, Таманский архипелаг состоял из 4-х островов, «посвященных богам» Аиду, или Плутону и Персефоне, а один, «посвященный Аммону», то есть верховному божеству, ушел под воду.

Палеореконструкция Таманского региона свидетельствует о том, что древние мореплаватели предпочитали проходить из Понта в Меотиду, минуя Керченский пролив, затрудненный для прохождения. Но отсюда следует очень важный для нашей темы вывод — древние мореплаватели шли меж островов, где извергались грязевые вулканы, кипели гейзеры, воспламенялись газы и т. п. Ужасы моряков вполне передают вышеприведенные строки; характерно и объяснение, согласно которому «Арго» удалось пройти благодаря тому, что «сама богиня Фетида сзади держалась за руль, чтоб корабль провлечь меж скалами».

Возможность прохода в Меотиду, минуя Боспорский пролив, отмечалась современными учеными. Такое мнение высказал в 1933 году С. А. Ковалевский в книге «Лик Каспия. Палеогеография моря в четвертичное время».

«Нам кажется, если принимать во внимание рассказ Гомера о "бушующем губительном пламени" на пути аргонавтов, то маршрут Арго пролегал не по современной основной линии фарватера Керченского пролива, возможно, в то время перегороженного косой Чушка или обмелевшего, а по Таманскому заливу, рукаву Кубани, впадавшей в залив, Ахтанизовскому лиману и далее в Азовское море по выходу Кубани близ Темрюка, — пишут украинские ученые в коллективной монографии «Керченский пролив», Киев, 1981. — Именно в этом случае аргонавты двигались сквозь цепь таких взрывающихся грязевых вулканов, как Горелая, Карабетова гора, Цимбалы, Бориса и Глеба, Ахтанизовская блевака и многие другие».

Сходное мнение высказал много раньше замечательный путешественник ученый-энциклопедист, один из первых исследователей Сев. Причерноморья Дюбуа де Монпере. Он тщательно осматривал эти места в 1832–1834 годах, когда они были еще пустынны и очертания архипелага островов на месте Таманского полуострова можно было проследить по высохшим протокам, старым руслам дельты Кубани. Ученый осуществил реконструкцию архипелага, создав карты его видоизменений в различные геологические и исторические эпохи. Его северную часть образует Фонталовский п-в; Дюбуа назвал его Киммерийским островом. Далее идет остров, где расположены Фанагория и Кепы (Сады); к югу — Гермонасса (Таматарха — Тамань); далее — Корокондама.

На Киммерийском острове Дюбуа осмотрел укрепление и земляной вал 10 футов высотой; его можно видеть и сегодня. «В прежнее время Киммерик, — пишет Страбон, — был городом на полуострове и запирал перешеек рвом и насыпью. Некогда киммерийцы обладали могуществом на Боспоре, почему он и получил название Киммерийского Боспора. Киммерийцы — это племя, которое тревожило своими набегами жителей внутренней части страны на правой стороне Понта вплоть до Ионии»[111]. Их памятниками были «стоячие камни» или дольмены. Особо примечательной чертой этих мест были грязевые вулканы, поразившие аргонавтов и Одиссея, а в новое время — Палласа и Дюбуа де Монпере, описавших извержение сопки Куку-оба в 1794 году — грохот, столб дыма, воспламенившиеся газы, сопровождавшиеся землетрясением. Паллас был очевидцем появления грязевого острова в море: 5 сентября 1799 года неподалеку от Темрюка в море произошел страшный взрыв, поднялся столб огня и черного дыма, увлекшие глину, камни, песок. Образовался остров диаметром 100 м и высотой 2 м, появление которого вызвало мистический ужас у недавно переселенных сюда запорожских казаков, назвавших этот феномен словом Пекло: оба исследователя вписывают это слово в свои французский и немецкий тексты, поясняя его привычным Аид или ад…

«Описания странствий душ или теней в загробной жизни несут отпечаток реализма, оставляющего впечатление, что это не просто плод воображения мифографов и поэтов и что где-то на земле была местность, которая послужила сценой этого необычайного и впечатляющего мифа о Преисподней, — писал Моро де Жоннес. — Такая местность действительно существует, хотя и сильно видоизмененная действием вулканических сил и водой, но вполне узнаваемая, если следовать античным указаниям. Обратимся к дельте реки Кубань, разрезающей Таманский полуостров на несколько частей, неоднократно менявших очертания. Она впадает в Черное море через главное русло Богаз, а в Азовское море — через другое русло — Протока. Дельта между ними, длиной 70–100 км была разрезана внутренним озером и гаванью, через которое третье русло вело в пролив Боспор. Вся эта земля, сегодня полуостров Тамань, являлась вместе с окружавшими ее болотистыми землями Меотийским болотом древних. Дюбуа воспроизвел очертания региона, состоявшего из четырех небольших островков, продуктов вулканической деятельности, и позднее, благодаря речным наносам объединенных в полуостров. Этот процесс продолжается: еще в 18 веке можно было перейти из Черного в Азовское море через Богаз и Протоку. Болотистые низины еще указывают места соединения»[112].

Гадес, Эреб, Тартар и Елисейские поля

[108] Павел Захаров в газете «Александровская жизнь», 2008 г. № 103; Р. Нутрихин в журнале «Тысяча дорог»

[109] Аполлодор. Мифологическая библиотека. Пер., предисловие, коммент. А. К. Шапошникова. М., 2007. С. 146.

[111] Страбон. География. Кн. XI, 2, 5.

[112] Moreau de Jonnés А.-С. L'oceandes Ancients. P., 1875. P. 315.