Я так зацепилась за начало его речи, что почти прослушала конец. Я никогда не спрашивала у него, как у него появились чувства ко мне. Мы жили вместе, он красивый мужчина, я женщина, постоянно вместе, собственно так же, как у меня появились к нему. И что я слышу сейчас? С первого взгляда? С того самого дня, когда Илья привез меня, и они устроили шабаш у него и довели меня до слёз, выставив едва ли не клофелинщицей и шалавой? Вот в тот вечер??
Чувствую, как медленно начинает болеть голова.
— Говорю, секс мне светит или нет, — улыбается Вартан.
— Я не об этом. Ты сказал, что влюбился в меня, когда впервые увидел? Это правда?
Вартан еще сильнее сжимает мою ладонь, боится отпустить и смотрит на мои губы, а потом шумно выдыхает, опускает голову вниз и, собирается с мыслями, а когда готов дать ответ, резко поднимает голову вверх и отвечает:
— Да. Это что-то меняет?
Усмехаюсь.
— Ты хитрый, муж. Я раньше не замечала. Выкрутил всё так, что и слова в ответ не скажешь, — качаю головой, делаю глоток воды. — Куда я денусь уже от тебя, когда ты меня с ног до головы пометил? Да и не хочу.
Смотрю на него с улыбкой. Я не помню его тогда. Не помню, что они с Гурамом мне говорили. Помню кучу сальных шуточек и соседа-полицейского, который я хотела, чтоб сгорел.
Он пришёл после смерти Ильи и извинился. И сказал, что пока я живу здесь, я под его полной защитой. Но Вартан забрал меня под свою защиту.
— Я не помню наше первое знакомство. Помню, что хотела послать вас всех к чертовой матери. Илью первым, вас за компанию.
— Почему же не послала? — улыбается.
А вот на моём лице улыбка гаснет.
— Ты в курсе, на каких условиях твой друг меня «приобрёл», — беру стакан воды и делаю ещё один жадный глоток. — Послать его значило вернуться к отцу. Из двух зол я выбрала меньшее.
— Не вернул бы в любом случае, он понимал, что тебе жизни там не будет, поэтому с его стороны это было бы кощунством тебя туда отдать. Он итак жалел, что не поверил твоим словам о том, что отец тебя может наказать. Он знал, как трепетно Егоров относился к Агате.
Я внимательно смотрю на мужа. На ринге бес и ангел. Желание больше залезть в голову Ильи и не будить старые раны, плюс не ранить Вартана.
— Я этого не знала. И, подозреваю, что вещи, которые он говорил мне и тебе это разные вещи. Мне в тот период однозначно говорилось о том, что я там, пока царь не наиграется, — пожимаю плечами.
— Ты же почему-то с ним осталась, правда? — взгляд становится прохладным, каким-то колким. — Почему это сделала?
— Сначала я боялась, что он воплотит угрозы в реальность. Потом… — смотрю на мужа и вовремя захлопываю рот.
Он напряжен весь. А меня понесло не в ту степь. Долбаные гормоны. Не вовремя лопнул этот фурункул.
— Неважно в принципе. Какая разница уже? Я твоя жена. У нас будет ребёнок. Ты разве не рад?
— Ты моя жена, — зачем-то твердо повторяет свои слова и сильнее сжимает мою ладошку, — и хочу верить, что ты нас никогда не сравнивала, потому что мы разные по характеру и не только, я не так сильно обжегся на женщине, и не смог бы ее использовать как секс объект. Мы не просто с пацанами тебя тестировали, первое впечатление всегда самое верное. Ты была настоящая, испуганная девочка. И я скажу очень неприятное для Илюхи утверждение: прогнал бы тебя, отпустил в свободное плавание, я бы в любом случае постарался сделать тебя своей. Я не рассчитывал, что он не просто играет с тобой, он был болен тобой, эта любовь страшила и его, и нас. Он не слушал нас, он делал так, как хотел. Впрочем, как всегда всё с какой-то ослиной упрямством и рвением.
— Сравнивать мужчин для меня настолько же некорректно, как сравнивать детей. Нельзя любить кого-то больше, кого-то меньше. Любить можно по-разному, и ты сам сказал, вы разные. То, что было у нас с Ильей, больное. Я рада что с тобой все по-другому, хочешь — верь, хочешь — не верь. Не надо было начинать этот разговор. Мы не для этого пришли.
— Возможно, именно сегодня мы созрели для откровенного разговора. Так должно было случиться. Но теперь баста. У нас впереди много счастливых дней.
Вартан протягивает мне стакан с соком, себе берет бокал коньяка и салютует.
— За Мальдивы и разрешение твоего доктора, Илюха там оторвется.
— Нам нельзя заниматься сексом, — говорю неприятную правду, которую не знала, как озвучить. — Не в первом триместре точно. У меня небольшой тонус, и риски ты знаешь, повторять не буду.
— Но твои волшебные пальчики смогут мне сделать приятно, принцесса? Не заводить же любовницу? — подмигнул с улыбкой и поцеловал мои пальцы
— Я слишком беременная, чтоб понимать шутки про любовниц. И да, в первую беременность я была кротким ангелом. Боюсь, в этот раз эти прекрасные черные волосы может тронуть седина, — усмехаюсь, глядя на мужчину.
— Тебе можно всё, прости, шутка глупая, — улыбается и, кажется, расслабился. — Прости, это Гурам, нужно ответить, он уже сотню смс настрочил, а я не ответил. Он был на переговорах.