— Да к чертям их. На кой такая мать и такой отец? Будем любить друг друга за них и восполнять пробелы.
Салютует мне бокалом вина и делает глоток. Глаза соблазнительно сверкают. Дразнит.
Действительно, к черту. У меня есть всё для того, чтобы быть счастливым. Поэтому париться из-за сложных людей я не буду. Зато я быстро среагировал на флирт Стаси. Мои пальцы проникают под халат, стаскиваю трусики вниз. А мой язык тут же настойчиво ласкает клитор. Она так протяжно стонет и выгибает спинку на кресле, что я становлюсь жадным и нетерпеливым.
— Женщина, я же тебя трахну на этом столе.
Мой голос охрип, сам не узнаю себя.
Делает ещё глоток вина и подстегивает меня сильнее:
— Я бы на это посмотрела.
Но тут же садится ровнее.
— Так, нет, стоп. Главное, чтоб никто больше не посмотрел. Мы одни?
— У нас есть запасной аэродром, родная, — уже не улыбаюсь, когда пальцы проникают в нее, а она взвизгивает и подаётся на мои уловки.
Всегда был уверен в том, что с женщинами нужно быть хитрым и терпеливым. Теперь Стася отвечает мне не только взаимностью. Ее тело и реакция ценнее любых вознаграждений.
— Пока сын дрыхнет, нам лучше утолить голод, родная, а потом прогулка и пикник.
Поднимаюсь и смотрю на свою красотку, Стася полулежит в кресле и пытается прийти в себя после очередного оргазма. Протягиваю ей руку и приглашаю на секс баталию.
12
Стася
Утро 31 декабря выдалось жарким. Илья проснулся рано, я приготовила ему кашу, которую он ел без особого энтузиазма. Закатила глаза, сцепила зубы и достала грудь, чтобы докормить его, посадить в сухой бассейн и продолжить украшать гостиную, как мою грудь вдруг отвергли с дерзким:
— Мама, фууу.
— Фууу?
Сказать, что я обомлела, не сказать ничего. В смысле фу, с каких это пор фу?! Первым словом сына было эпичное «мамапапа». Мы с Вартаном рассмеялись и подошли к кроватке. Никто не победил в гонке родителей. Он выбрал нас обоих.
Вторым было «дай» и третьим было «фу». Пока этими словами его словарный запас и ограничивался, но их на удивление хватало, чтоб изъясняться. И вот грудь раньше была «дай». С каких пор стала «фуу»?!
Сижу растерянная и сердитая. И на этой ноте в гостиной появляется муж. С ёлкой, как и обещал. Живой елкой, как я заказала. Я обожаю этого мужчину всё больше с каждым днем.
— Родной, — обращаюсь к мужу.
Его взгляд так и застыл на моей голой груди. Его не было дома неделю. И разлуки не давались нам легко. — Кажется, этими формами отныне наслаждаешься только ты. Сын выплюнул мою грудь и сказал «фуу».
— Фууу, — подтвердил довольный Илья и стал рваться на пол, что ползти навстречу папке.
— Держи этого ползуна, иначе ёлке кирдык, — не сразу слетает с губ Вартана, ибо его взгляд прикован на моей груди.
Этот взгляд зажигает внутри миллионы нервных окончаний. И я знаю, чем мне грозит недельный сексуальный голод. Он будет жадным и нетерпеливым.
— Слышал папку, парень? Жди.
Взрывоопасные взгляды и прикосновения, пока наряжали ёлку. Искры летали во все стороны. Хорошо, что перед обедом сын, который скучал по папочке не меньше, чем я, взял его в оборот конкретно и бесповоротно.
Затем обед и дневной сон. Как только я вышла из детской, я тут же оказалась в руках мужа.
— Он спит тревожно, поэтому давай быстро, — хрипло выдыхаю у его губ.