Стася
— Только язык не обожгите, кофе очень горячий, — хмыкаю, бросив взгляд на Илью.
Эти мужчины меня пугают. Разговорчики и шутки о сексе втроём не веселят, и то, как Илья бесится, не воодушевляет.
Протягиваю вторую чашку мужчине, затем поворачиваюсь к Илье.
— Горячий, — напоминаю, как ребёнку.
За нашими спинами шлепает третий. Останавливается в дверном проеме и салютует бутылкой шампанского.
— Ну, чо, детишки, родители свалили за город, расчехляйтесь, будет много алкоголя и секса. Стася, бокалы на верхней полке. Я помогу, если не достанете, — салютует, как бравый солдат, хотя стоит на трех ногах.
Илья ехидно хмыкает и идет к шкафу, извлекает четыре бокала, ставит на стол. На ухо хлопает откупоренное шампанское, Вартан улюлюкает и разливает.
— Стася, говорите.
Я наблюдаю за ними преимущественно молча. Потому что не могу расслабиться и напугана. И появление алкоголя лишь усугубляет картину. Как и бесконечные разговоры о сексе. В мозге тревогой гудят два слова: групповое изнасилование.
— За мужскую дружбу, — нервно салютую и поражаюсь, как низко звучит мой голос.
— Толковая женщина, — улыбается Гурам и присаживается рядом со мной, а прежде именно он помог отодвинуть мне стул и усадил.
С другой стороны сел Илья, вытеснив Вартана, который уже крутился рядом и заглядывал все время мне в глаза. Чувствую его нешуточный интерес к своей персоне.
— Что же, Анастасия, радуйте нас своим мнением о Сагалове. Как вам наш орёл? Сильно на ощипанного ворона смахивает или марку держит?
Вопрос застал меня врасплох. Но я быстро взяла себя в руки. Их интерес к моей персоне пугал, но я больше не хочу показывать свой испуг, поэтому время показать дружелюбную девочку.
— Я знала вашего орла раньше вас, ребята, — улыбаюсь одними уголками губ.
— Шта?! — басит Гурам и смешно корчит лицо.
— Ты ей погузники менял? — подкатывает Вартан и присвистывает. — Стася, как и что? Он, жлоб, не признается в деталях. Трахать девку взялся, а что растил, не сказал.
Последняя фраза как пощёчина. Хотя с чего? Это истинная правда. Оскорбляться на правду глупо.
— Не растил. Я сестра той девчонки, которая запихнула его за решётку.
— Не удивила, это Сага наш прихуел, простите за мой немецкий, раз с катушек слетел. Но я бы и сам такую нескромно по ночам натягивал, — скалится Вартан и смотрит мне в глаза.
— Фильтруй базар, — спокойно отвечает Илья и залпом выпивает шампанское.
В дверь квартиры звонят. Илья встает и идет открывать.
— Полиция, соседи говорят, что у вас стреляли. Сначала в дом пробралась какая-то незнакомая особа.
— Да, да, какая-та шалашовка отмычкой дверь вскрыла, а до этого здесь два цыгана ошивались, один калечка, на трех ногах скакал, — тараторит старушечий голос.
— Вартан, ты цыган?
— Такой же, как и ты, Гура.
— И вам драсте, Марья Петровна, спасибо за бдительность, — хмыкает Илья, даже мы сюда это слышим, — а ваша рогатка с вами?
— В кармане, всегда с собой ношу.
— По телевизору утром передавали нашествие ворон, идите-ка на балкон, отстреливайте их постепенно, а не хуйней майтесь. Морозов, а ты позвонить не мог или мозги отморозил?