Макс отступил на шаг, словно приятель его ударил, и вытянул руки в раскаивающемся и умоляющем жесте.
– Правда, Ньют, я не…
Следующие слова вырвались у Ньютона стремительным потоком, будто газировка из бутылки, которую трясли так сильно и долго, что крышку наконец сорвало.
– Мне нравятся всякие странности, ясно? Что с того? И я толстый. О чем, разумеется, знаю. Хотелось бы не быть таким, но я же не жру как свинья. То есть да, я люблю мороженое, но и другие ребята тоже. Мама говорит, что это всё железы. Замедленный метаболизм. Она даже заказала мне пачку карточек «Еда без Труда» от того парня из телевизора, который носит короткие блестящие шорты.
Макс был ошарашен. Так Ньютон никогда с ним не разговаривал – да и вообще ни с кем, насколько ему было известно.
– Знаешь, что самое смешное? – продолжал Ньют. – Младенцем я был тощим. До того тощим, что сдохнуть мог. Не набирал вес. Просто козявка. Не жилец, как мне мама рассказывала. Педиатр велел кормить меня сливочным маслом, одним теплым маслом.
Макс хотел извиниться. Сказать, что на самом деле Ньютон тут ни при чем. Макс и остальные парни дразнили его не потому, что презирали… Скорее, это был тот случай, когда мальчишкам нужно кого-то выделить. Пожертвовать откормленным теленком. Они должны поставить кого-нибудь на нижнюю ступеньку своей иерархии, хотя бы для того, чтобы самим ее не занять. Изобретательностью они тоже не отличались. Сгодился бы самый простенький изъян. Шепелявость. Неправильный прикус. Брекеты. Лишний вес. Добавьте к этому несколько вопиющих заскоков – например, любовь к книгам и грибам, – и вуаля! Вот вам, как на заказ, жертвенный ягненок.
Макс посмотрел на Ньюта с настороженным сочувствием.
– Прости, ладно? Я не пытался быть, типа, говнюком.
Ньютон выпятил челюсть и прикоснулся нижней губой к носу.
– Ладно. Забудь. Ничего не было.
СООРУДИТЬ КАПКАН оказалось гораздо сложнее, чем они предполагали.
Ньютон нашел в полевом журнале схему подъемной петли-ловушки. Он утверждал, что строил такую у себя на заднем дворе – скаут-мастер Тим, проверив ее, наградил Ньютона значком «За бушкрафт[15]».
Но на заднем дворе он воспользовался гибкими саженцами. А окаймлявшие охотничью тропу деревья были или старыми, или мертвыми. Они ломались, едва ребята принимались их сгибать. Когда же наконец нашлось подходящее и они попытались соорудить подъемную часть ловушки, природная упругость дерева оказалась слишком уж велика.
– Из этого может получиться неплохой волчий капкан, – покачал головой Ньютон. – Но мелкого зверя он катапультирует прямо в небо.
Они спрятались на утесах, нависавших над ловушкой. Сидели, свесив ноги с края. В воздухе пахло креозотом. Облака опускались серым занавесом.
– Ты ведь не чувствуешь, что болен, правда? – спросил Ньют
– Я не знаю, как себя при этом чувствуют, – ответил Макс.
– Голодными.
– Ну, ладно, да, я голодный.
– Ага, – сказал Ньютон, – но ведь не голодный-преголодный?
– Нет, наверное. Думаю, терпимо.
Ньютон вздохнул с облегчением:
– Хорошо. Я имею в виду, что если бы мы действительно были очень голодны, безумно голодны, то знали бы об этом… Так?
Макс потер подбородок, гадая, останется ли синяк от костяшек Эфраима. И – что куда мрачнее – доживет ли он до того момента, когда синяк заживет? На вопрос Ньюта он не ответил. Что тут можно ответить? Если бы на них обрушился тот особый, безумный голод, то все перестало бы иметь значение. Было бы слишком поздно.
Ночные птицы пели в деревьях навязчиво и печально. У Ньютона затекла нога. Он встал, чтобы избавиться от покалывания, и побрел к краю долины, где земля уступала место плоскому сланцу. Волны нежно касались берега. Серая, как мертвый зуб, вода переходила в такого же цвета небо.
Ньютон, прищурившись, вгляделся в приливную заводь. Что-то всплыло на ее безмятежной поверхности. Что бы это ни было, окраской оно напоминало яйцо экзотической птицы. И показавшись, снова исчезло.
– Макс! Иди сюда.
Теперь они оба приглядывались. Дыхание выжидающе замерло в легких. Там! Что бы это ни было, оно опять всплыло. Вокруг него лопались пузыри. А затем все исчезло.
– Это морская черепаха, – выдохнул Ньютон.
[15] Bushcraft (бушкрафт) – это умение выживать в дикой природе при минимуме вспомогательных средств.