– Что этот идиот такой счастливый? – смеясь и тряся меня за плечо, спросил Егор у Стальского. – Улыбается всё время, как даунёнок.
Глеб посмотрел на меня долгим ироничным взглядом и ответил:
– Молодожён. Смотрит на мир через розовые сопли.
– Да уж несколько недель прошло, – заметил Шуба, уже обращаясь непосредственно ко мне. – Пора бы снова начать хмуриться и ворчать.
Я посмотрел на Шубу добрым взглядом и сказал:
– Не могу Шуба-друг, мне так хорошо, что даже ты меня не бесишь.
Егор и Егорыч посмотрели друг на друга и покачали головами в преувеличенном недоумении. Глеб сказал:
– Теперь в присутствии Аронова нахожусь как в фильме Теренса Малика. Я почти слышу романтический комментарий к происходящим событиям. Спрашивается: куда подевался тот Аронов, который поливал всех и вся мощным напором дерьма?
– Где ты как будто находишься? – прищурившись, спросил Шуба.
– Долго объяснять тебе невежде, – отмахнулся Глеб и продолжил прикалываться: – В спортзал записался, плавает там теперь, как какашка в проруби, бежит десять километров по дорожке; на задницы и сиськи других тёлок почти не смотрит. Жрёт грейпфруты, пиз..т про какой-то гликемический индекс. Помолодел, – теперь в свои преклонные года выглядит на двенадцать лет. Скоро отрастит крылья, как малыш Рикки, и улетит в тёплые края. А-ха-ха!
– Я просто регулирую свой вес, – сказал я.
– Какой малыш Рикки? – вставил вопрос Егор, но вместо ответа получил только ироничный взгляд Стальского; тогда Шуба глубокомысленно добавил: – Есть одно хорошее упражнение для регулировки веса, называется «Не жрать дох..я».
Стальский посмеялся.
– Ой, да отвалите, – проговорил я таким блаженным голосом, что это прозвучало как «Давайте обнимемся и зарыдаем от счастья».
Глеб и Егор немедля заржали с новой силой, и я присоединился к ним. Мы посидели ещё немного, допивая свои напитки.
Глеб хохотнул и заговорил, обращаясь к Егору:
– Ты не поверишь, за каким занятием я застал этих двоих позавчера днём.
– Снова делал «джорджаклуни» после бриться? – давясь от смеха, предположил Шуба.
– Ты рассказал?! – воскликнул я, щипая Стальского за плечо.
– Я-то рассказал, но знали-то все, – ответил Глеб.
– Так за чем ты их застал? – настаивал на продолжении Шуба. – Писали друг на друга?
– Гораздо более нездорово: они сидели на диване в гостиной и…
– Голые? – пожелал уточнить Егор.
– Нет. В махровых халатах. Значит сидели на диване, и Аронов красил Марте ногти на ногах! А?! Каково?! – спросил Глеб, сделав ошеломлённое лицо.
– А потом поменялись? – спросил Шуба, приготовляясь умереть со смеху.
– Не исключаю.