– Мне всегда помогали цитаты из синематографа, – сообщил я буфетчице. – Не время отвлекаться. Налейте мне ещё сто в одну посуду и пакетик жареного арахиса. Я сяду около стены.
*****
– При строительстве «здания» текста, я никогда не использую железобетонные плиты коими являются устоявшиеся избитые выражения, но кладу кирпичик слова к кирпичику слова; итог: уникальное здание единственного в своём роде оригинального текста, мысли, концепции и прочая ерунда… Непременно выкладываю цокольный этаж натуральным камнем цитат известных людей. Крыльцо кованное – необычная аллюзия в названии. Подземный гараж – завуалированное оскорбление общественных устоев. Балкон-эркер – оправданный минимализм в пояснениях; пусть читатель сам думает. Ох, блядство… – вздохнул я.
Мне надоело нести пургу про то, какой я талантливый.
– В общем, скоро выйдешь в тираж, – подытожил собеседник; он явно рубил фишку, может даже не одну.
– Мда… Завязывать с этим надо, – я налил себе и ему полные рюмки.
– А где познакомился со своим коллегой? – спросил собеседник, имея в виду Стальского.
– Универ вместе топтали. Я «двушечку» оттрубил, а его после третьего курса выгнали.
– Будем, – сказал дядя Игорь и поднял свой пластмассовый кубок.
– Будем, – сказал я и поднял свой.
Немного ранее.
После двухсот пятидесяти миллилитров внутрижелудочно, я похрустел пальцами и открыл лэптоп. Через какое-то время к моему столику подошёл человек и спросил: «Не возражаете?»
– Извольте, – не отрываясь от работы, ответил я.
Через двадцать минут и ещё сотку, которую любезная хозяйка принесла прямо мне под нос, я захлопнул ноут и посмотрел на соседа по столику. Синопсис истории был готов, а значит можно было начать душевное общение.
*****
– «Думаю, я на грани величия», – сообщил я Марте, вставая со стула и качаясь.
– Да, я вижу, – сказала Стальская. – Идти можешь?
– Канэшна, – ответил я, и, следуя ритуалу и традиции, долго тряс руку своего собутыльника, прощаясь навеки. – Это моя жена Марта.
– Красавица, – одобрил дядя Игорь.
– Он расплатился? – спросила Стальская у хозяйки.
*****
Через полчаса я вышел из душа и прошёл в некогда мою комнату. На моём школьном письменном столе стоял ноут, были разложены бумаги из жёлтого конверта и стояла сильно охлаждённая бутылка Absolut 100. Крошка-Марта всё подготовила, пока я отмывался от кислого запаха рюмочной.
– Ты не составишь мне компанию? – громко спросил я у Стальской, которая находилась в гостиной.
– Не хочу мешать, – последовал ответ.
Пресловутое вдохновение было в наличие, и я не боялся его внезапно утратить. Твёрдой рукой плеснул в стакан водки и с (да что уж там) удовольствием выпил.
Комната наполнилась буквами кириллического алфавита; они повисли в воздухе как взвесь. Я сделал медленный глубокий вдох, потом ещё один, и ещё. Буквы попадали в мои дыхательные пути, в лёгкие, в бронхи; самые мелкие буковки добирались до альвеол. Настало время выдыхать; резко, судорожно; толчками я начал выталкивать из лёгких ранее втянутые буквы. Падая на бумагу, буквы складывались в слова.
Если человек загоняет машину в гараж задом
– он думает о завтрашнем дне
Г. Стальский