La Critica (первая книга казанской трилогии): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Оставь, я сам помою, – говорю я, затем кладу голову на лежащие на столешнице руки.

– Я отправила обязательные экземпляры газеты куда надо. Не беспокойся об этом, – говорит Стальская и трогает меня за плечо.

Через пятнадцать минут она уезжает на работу. Я поднимаю голову, смотрю на часы на микроволновке, – они показывают ноль семь тридцать пять. Превозмогая немощь, встаю со стула и беру из кухонного шкафа банку с надписью «Кориандр». Достаю из-под раковины ранее припрятанный собственноручно изготовленный аксессуар для курения гашиша. Делаю плюшку. Завариваю плюшку. Выдыхаю. В комнату входит сонный Стальский. Он хотел только попить воды но, увидев чем я занимаюсь, решает составить мне компанию. Через десять минут мы оба под действием «тетрагидро…». Я смотрю на пижамные штаны Глеба, – их причудливый узор начинает шевелиться. «Это остаточное явление от психотропов», – говорю я себе. Открываю ещё одну жестяную банку пива и жестом предлагаю Стальскому. Когда он жестом отказывается от пива, я начинаю пить прямо из банки. Чувствую толчок в желудке. «Чёрт. Только не это», – равнодушно думаю я о перспективе наблевать прямо на пол гостиной. К счастью это оказывается ложной тревогой. У меня появляется желание рассказать Глебу о моём недавнем трансцендентальном опыте, но лень оказывается настолько сильной, что я не в силах открыть рот. Глеб встаёт со стула и направляется в сторону дивана. Кое-как доходит до него и ложится, закинув ноги на подлокотник. Я смотрю на спящего Стальского и завидую ему. Мне-то сон недоступен. Вспоминаю советский фильм-сказку про мальчика или девочку, который (…ая) попал (…а) в сказочную страну, где сон продаётся в склянках по очень высокой цене, и заправляет всем этим злая королева или король.

– Мне вчера приснился сон, – не открывая глаз, сказал Стальский.

– Ымм… – промычал я.

Глеб открыл глаза и принял вертикальное положение. Видимо настрой его поменялся, потому что он продолжил говорить бодрым голосом:

– Мне на днях приснилось, что я стал членом банды, и… Короче, я вступил на этот путь… Это был мой выбор. Я решил идти до конца, и, чёрт побери, я шёл до конца. Мы занимались разными делами… Однажды на нашу малину наехали копы. Я, вооружённый пистолетом, застал врасплох какого-то полицейского молокососа, он был молод, красив и статен, уже имел высокое для своих лет звание, полученное благодаря протекции. Во сне сразу понимаешь всё, что хотел бы понять, – голос Стальского задрожал. – Так вот этому пижону для полного счастья не хватало только понюхать пороху, чтобы потом хвалиться перед коллегами. Ну, ещё, чтобы его толстопузый папаша-коррупционер, который и устроил его в органы, тоже хвалился своим высерком. Типа: «Так их, сынок, дави эту мразь, как я давил…»

– Ага-ага, – я заинтересованно закивал головой.

– Вот… Этот тип в дорогом костюме и с пистолетом в руке, думал, что он никак не меньше Джеймса, мать его, Бонда. Он решил, что я – мелкая гангстерская сарделька – стану лёгкой добычей для него, что он ещё в процессе задержания будет пачкать мне мозги какой-нибудь житейской мудростью, выдавая её за свою, а на самом деле подслушанную от своего папаши и его коллег, которым в свою очередь кто-то тоже в уши нассал… Он уже набрал в лёгкие воздух, чтобы облить меня порцией тупорылой ментовской риторики, когда я выхватил ствол и взял инициативу в свои руки.

– Ага-ага…

– И вот, короче, мой брючный ремень плотно обвит вокруг шеи мистера крутого копа, а мой пистолет вплотную приставлен к его же спине. В глубине складских помещений я слышу, как мои подельники отчаянно отстреливаются от коллег моего живого щита. И что ты думаешь? Мистер Бонд даже не думает волноваться за свою шкуру. Этот мудозвон совершенно уверен, что это никак не последние минуты его поганой подражательной жизни. Напротив, я чувствую, что он радуется, что смог попасть в такую передрягу, что теперь-то уж никто не скажет, что за мальчонку «попросили». Я прям вижу, как он втопчет меня в грязь, а потом манерной походкой уйдёт в закат, чтобы потом лечить всех и вся своим авторитетом! Он уже в мыслях был на пикнике (в папашином коттедже) с друзьями и невестой, уже предвкушал, как будет рассказывать им о том, как повязал опаснейшую банду, как завалил несколько головорезов…

– Ага, – мне стало по-настоящему интересно.

– «Ты, конечно, понимаешь, что для вашей банды всё кончено? Сейчас тебе надо сделать всё правильно…» – покровительственный тоном заговаривает со мной «мистер Бонд». «Сейчас ты опустишь ствол…» Бах-бах!!!

– Ох, бл…! – я вздрогнул, когда Стальский пальцами, сложенными в виде пистолета, изобразил выстрелы.

Я даже слышал эти выстрелы, и сейчас из среднего пальца Стальского струился дымок. «Остаточное явление от приёма психотропов», – объяснил я себе.

– Вот так вот! На полуслове, я позволил себе перебить уважаемого человека, – Стальский замолк в раздумье.

– Это всё? – с осторожностью поинтересовался я.

– Нет. Потом появились члены моей банды. Они с трудом, но всё же побороли коллег моего оппонента. Они с радостью заметили, что я застрелил руководителя этой операции. Выходит: этот крысёныш повёл людей на верную смерть, когда выступил против нашей банды. Он, желая самоутвердиться, погубил множество жизней. Ему, как человеку, пользующемуся протекцией, выделили ресурсы на операцию, которую он запорол. Надо сказать, что мои коллеги по банде были настоящими отморозками. Во сне сразу знаешь то, что хочешь знать… Они сказали, что раз это мой первый жмур, то, согласно их традиции, я должен отрубить ему голову вот этим мачете. Старший отморозок достал ритуальный мачете и вручил его мне. Я тем временем думал о том, что теперь я убийца, и что теперь я не должен просить пощады у судьбы или у Вселенной, или у деда Мороза… Теперь, сколько бы я ещё ни прожил, я уже могу считать себя мертвецом.

– И что? Дали тебе мачете и сказали: «Руби голову!»

– Да, дали мачете.

В этот момент в комнату вошла Джессика.

– И что ты сделал, когда они велели тебе отрубить ему голову?

– Я сказал: «Отрубить ему голову? Да, с удовольствием», – Глеб сделал замах воображаемым мачете.

– God morning, – сказала Джессика, садясь на диван рядом с Глебом и подгибая ноги под себя.

*****

Чуть позже в этот злосчастный вторник мне всё-таки удалось ненадолго заснуть. Во сне я шёл по большому дому в компании странной высокой девушки. На ней был розовый синтетический парик, пышная юбка и туфли на высокой танкетке. Мы переходили из одной комнаты в другую, касаясь друг друга локтями, а на протяжении всего пути к нам подбегали какие-то мужчины, которые явно хотели причинить мне вред, но благодаря защите это странной девушки, злоумышленники не могли мне сделать абсолютно ничего, потому как, подбегая, ударялись о воздух, словно между нами и ими было стеклянное препятствие. Наконец, я и девушка сели за огромный стол в одной из комнат коттеджа, и она мне стала что-то объяснять. Я кивал, соглашаясь с её словами, хотя не понимал: о чём конкретно идёт речь. За время этого застольного разговора с потолка на своих паутинах безостановочно спускались десятки мелких паучков, и мне приходилось шугать их, чтобы они не высаживались на меня и мою собеседницу.

– Я никогда не убиваю пауков, – сказал я девушке. – Если нахожу в доме паука. То ловлю его стаканом и отношу на кухню, где вытряхиваю его из стакана на фиалки, которые растут на подоконнике. Паук с тех пор живёт среди фиалок на кухне. Там и насекомых для его пропитания больше…

– Понятно, – ответила девушка, снисходительно улыбаясь. – Но когда ты столкнёшься с большим волосатым пауком, тебе придётся его убить, или он рано или поздно прикончит тебя.

– Ясно… – сказал я.

– Пойдём, – проговорила она, вставая со стула.