La Critica (первая книга казанской трилогии): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я уговорил Стальского ехать в город на разных машинах. «Зачем? Куда потом поедешь?» – спросил Глеб. «Никуда такого», – заверил его я.

Кое-как уняв дрожь в руках, я вырулил задним ходом из наших ворот. Джессика, стоя на крыльце, проводила нас взмахом руки.

Этот выпуск «Пьяного Дивана» собрал больше всего просмотров в Интернете. Причиной явилось то, что «за всю передачу Вадим Аронов не сказал ни одного слова». Почему? Потому что спал, закинув ноги на диван. Глеб попросил Дашу, которая сразу остановила запись, не тревожиться по этому поводу. Он ей сказал, что это наша авангардная задумка, даже привёл ей пример из одного старинного «Неголубого Огонька» на РенТВ, где Илья Лагутенко присутствовал в кадре в роли соведущего, но за всё время не сказал ни слова. «Это же авторский проект, Дашенька», – привёл решающий аргумент Стальский. Наш продюсер, конечно, понимала, что я пребываю в совершенно гашёном состоянии, о чём лишний раз свидетельствовала моя заштопанная физиономия, но смирилась, обещав, когда я приду в себя, устроить мне взбучку.

Пришедший гость, оказавшийся человеком с юмором, – укрыл меня своим пиджаком. Стальский в очередной раз вытянул выпуск за нас обоих. Реакция Даши была негативной, но ровно до того момента, когда на следующей неделе во вторник выяснилось, что просмотры взлетели в четыре раза. С тех пор на канале появилась шутка: если какая-та передача имела низкий рейтинг, говорили: «Просто Аронов должен молчать».

*****

Глеб уже полчаса как выехал со служебной парковки «Кефира», а я сидел в машине и ждал звонка. Прикрыл глаза и откинулся на сиденье. Запела Эдит Пиаф и я схватил трубку.

– Алло, Гузель!

«Здравствуйте, Вадим, что вам нужно?»

– Здравствуйте. Меня интересует такой вопрос: существует ли у вашего шефа некий… некое место, где… Короче стационар, где под присмотром опытных людей…

«Поняла вас, Вадим. Ха-ха, «стационар», – остроумно. Да, есть такое место. Я справлюсь о том, можно ли вам давать эту информацию и перезвоню. Ждите».

Я снова прикорнул на сиденье. Телефон снова зазвонил. Это была Гузель.

– Да, Гузель.

«Знаете, где посёлок Холодный?»

– Знаю.

«Улица Левитана, дом тринадцать «а». Не перепутаете, – огромное поместье».

– Там мне можно будет?..

«Да-да, любой каприз. Какие у вас номера? Кажется «002»?

– Да.

«Подъезжайте в любое время. Наличный и безналичный расчёт».

– Спасибо.

«Всегда пожалуйста. До свиданья».

– До свидания.

Запустил двигатель. «Левитанатринадцать-а, левитанатринадцать-а», – бормотал себе под нос, выруливая с парковки.

Часто лишь отсутствие творческой мысли не позволяет

нам слишком далеко зайти в страдании

М. Пруст

Глава о том, что «ночь становится днём, потом снова ночью, а я не могу выкинуть её из головы»

«Новое вещество, совершенно иного состава, принимается не иначе как с упоительным ожиданием чего-то неизвестного. Сердце бьётся как во время первого свидания. К какому неведомому роду сна и грёз приведёт нас незнакомец? Теперь он в нас, он движется по направлению нашей мысли…»

Ещё мгновение назад я лежал на шерстяном ковре с традиционным узором, а сейчас уже ехал на переднем пассажирском сиденье жёлтого Chevrolet Camaro.

– Долго ещё? – спросила мама с заднего сиденья, потрогав меня за плечо, испугав меня и заставив вздрогнуть.