– Я ему нужна, – сказала она. – Только ему.
– А как же твои друзья?
Она хмыкает и тыкает его в бок.
– Ты дурак, да? – потом тянется к его губам. – Давай трахаться, а?
– А не заниматься любовью? – поддразнивает он ее, обхватывая за ягодицы.
– Это так муторно, заниматься любовью! Давай просто трахаться…
Аглая открыла глаза. Она сидела посреди комнаты, напротив нее замерла Гадалка. Рядом зашевелился Виктор.
– Послушайте, зачем вы мне это показали? – спросила Аглая.
Гадалка не отреагировала, даже не пошевелилась.
– Извините?
– Погоди, – сказал Виктор, поднялся и шагнул к Гадалке. Секунду поколебавшись, он коснулась ее плеча. Оно было твердым, словно…
– Дерево?
– Да ладно?
Аглая подошла и коснулась рук Гадалки – они были выточены из дерева – перед ней сидело деревянное идолище.
– Идем отсюда, – сказал Виктор, выходя из комнаты.
Аглая отдернула руку и побежала за Виктором. Было боязно оставаться наедине с этим идолищем.
Виток за витком, черные коридоры вились и вот наконец солнечный свет ослепил их – они выбежали на рыночную площадь.
Аглая обернулась – за ее спиной стоял огромный пестрый шатер. Не палатка, а прямо шатер, как цирковой, только намного меньше. Пестрый, разноцветный, всех цветов радуги.
Вдруг из толпы вынырнул Прекрасный Принц. Они бегом кинулись к нему, но он лишь мельком взглянул на них, словно они и не пропадали никуда:
– А, не отставайте.
– Принц! – сказала Аглая. – Ты знаешь, что находится в этом шатре?
Принц удивленно посмотрел на нее:
– Гадалка, кажется, а что? Ты хочешь узнать свое прошлое?
Аглая ошарашенно посмотрела на него, потом пожала плечами, принимая его обыденность:
– Да нет, я уже узнала.
Виктор и Аглая переглянулись.
– Ну и отлично, не отставай давай.
Они поспешили за Принцем. Принц протянул Виктору ребенка, и тот шел, словно отгородившись им от Аглаи. Но ей и самой не хотелось с ним говорить. Эти воспоминания всколыхнули старые эмоции. Она ни капли не чувствовала близости к Виктору, напротив, ей казалось, будто она оплевана.
Они все дальше углублялись, уходя от центра рынка на самые окраины. Аглая подумывала спросить Прекрасного Принца, не живет ли мать Сонечки за пределами рынка, как вдруг:
– Мама! – завопила Сонечка, забрыкалась так, что Виктору пришлось опустить ее на землю и опрометью кинулась к женщине, сидящей на стульчике за прилавком.