Квартира находилась в Зуево, недалеко от моста. В техникум ходили пешком. Дорога занимала минут сорок. Но, для нас это не занимало труда. На первом курсе на стипендию зачисляли всех, а потом нужно уже было учиться без троек. Поскольку – стипендия была одним из основных средств существования, то это являлось стимулом для хорошей учёбы.
Итак, – свершилось. Я начала учиться в торфяном техникуме на отделении промышленного и гражданского строительства.
Забавное сочетание… Вернее – не сочетание. В Москве я училась в обувном техникуме, но отделение было – экстрактовое (экстракты для дубления кожи)…
Теперь я поступила – в торфяной техникум, а отделение было – ПГС…
Но прежде, чем я перейду конкретно к воспоминанием о моем студенческом периоде жизни, мне нужно решить одну проблему.
Жизнь в деревне Петровское, и потом – в Шатуре была для меня вихрем впечатлений от знакомств с новыми мальчиками. Я, как и раньше – оставалась наивным ребёнком, хотя и оформилась внешне в девчонку-подростка. А, если вспомнить мои сумасбродные выходки и мечты – о «не сбывшейся любви», то можно себе представить, с какой энергией мне удавалось быстро привлекать к себе внимание мальчиков. Вокруг меня всё время «вился рой» таких же, как и я – подростков. На мое счастье, они были не искушенными в вопросах ухаживаний и чаще всего – застенчивые и робкие.
После окончания школы многих из них призвали на службу в армию. Но мне не хотелось порывать дружеских отношений с теми, кто входил в мою «свиту». И тогда наши товарищеские отношения плавно перетекали в дружеский обмен письмами.
Часть писем у меня сохранился до сих пор. Посчитаем – школу я окончила в 1954-м году. Сегодня идёт – 2019 год. Это сколько же лет прошло с тех пор?
46 (в прошлом веке) + 19 (в 21-м) = 65 лет.
Если тогда они, милые мальчишки – были моими ровесниками, то им теперь всем перевалило – за 80 лет, как и мне.
И что дальше мне делать с их письмами?
И интересны ли будут эти древние письма для прочтения – сегодня?
Решила – приведу выдержки из этих писем, так сказать – интересными цитатами…
Но… Ведь в этих письма рассказы – о том, как эти ребята служили в армии, как они скучали по дому, по друзьям и т. д.
И я приняла решение – не буду кромсать письма на кусочки, разрывая прожитое на части… Бумага всё выдержит…
Опубликую эти письма полностью. Это позволит мне ещё и фотографию прикрепить к каждому такому «мини-произведению».
Решение принято? – Принято. Тогда – к исполнению…
Часть 32
Ванечка Назаров
На фотографии – Иван Назаров
Окончилась школа. Многие поступили в институт. Некоторых забрали в армию. Компания наша распалась. С некоторыми я переписывалась чисто по – дружески. Иногда переписка затягивалась на два – три года, иногда – прерывалась после двух – трёх писем.
На память о школьных годах у меня остались письма.
На уроках иногда я развлекалась тем, что писала письма знакомым мальчикам.
Я долго сомневалась – стоит ли здесь приводить письма моих милых товарищей. Но, ведь каждый из них, разделил со мной маленький кусочек своей жизни. Со многими из них я переписывалась, когда они уходили служить в армию. А армия в то время была как бы из другого мира, мне не знакомого.
Ребята писали о своей службе, радовались письмам из родных мест, тем более, если они приходили от девчонок.
Мне кажется, что письма моих советских мальчишек намного будут отличаться от писем современных солдат. Тогда не было дедовщины. По крайней мере, ни в письмах, ни в рассказах при встречах, эта тема не звучала…
Может быть, кому-то будет интересно прочитать короткие строчки о том, как служилось в те годы в армии моим друзьям – товарищам… Или – как училось?…
Вообще, занятие – писать письма, иногда не только убивает свободное время, но и создают иллюзию, что где-то далеко есть друзья. А, может быть, это и не иллюзия?
У меня была потребность знать, что я кому-то нравлюсь, что кто-то мне пишет, что есть мальчики про «запас, на всякий случай». По крайней мере, кроме Шатурских ребят начала переписываться и с теми, с которыми давно не поддерживала никакой связи.
Ещё, когда я училась в Михневской школе, там, среди учеников был Ванечка Назаров. Не помню, почему он ушел из школы, но вскоре его забрали в армию. Мы вместе с ним активно «плясали» в художественной самодеятельности. Он переписывался с ребятами из своего бывшего класса. Через них он передал мне привет. А я – ему. Он написал мне письмо, не зная адреса, просто на Михневскую школу. Я ответила. Переписывались мы не долго. Но мне было интересно и приятно получать письма от мальчиков, в том числе и от него.