– Мы поговорили, как мужик и баба! – без смущения заявил Вершинин.
Юля улыбнулась, похвалила его и похлопала по плечу. Девушка заявила, что горит желанием начать разбирать с ним экзаменационные задания и вложить в голову мажору как можно больше всего, что она сама знает по алгебре и геометрии – лишь бы проходной балл набрать.
Пройдя вглубь квартиры, Юля обомлела от увиденного. Вершинин тихо закрыл дверь и подкрался к ней сзади. Она повернулась к нему и воскликнула:
– Боже мой, Леша, что ты сделал?! Даже не выдумывай! Что это такое?! – спросила Кудрявцева, удивленно указав на зал, заполненный светом желтых огоньков.
«Тройничок хочу замутить, – посетила идея парня. – Как-нибудь в другой раз».
Леша ответил ей как можно нежнее:
– Это мой сюрприз тебе, дорогая. Благодарность за то, что уделила мне время… Благодарность за то, что ты есть, – с придыханием говорил Леша, легонько положив руки на Юлины бедра. – Юлечка, неужели ты не видишь? Эта как раз та самая обстановка, которая располагает к учебе. Поэтому я предлагаю тебе всего лишь на несколько минут отвлечься от школьных дел. Они доставали нас весь год и продолжают это делать… еще и летом. Сплошной стресс. Я прошу тебя: сделай мне приятно – не отказывай, составь мне компанию. Я ведь так старался…
Юля ловко выскользнула из рук Вершинина – поведение Лехи насторожило ее. Она согласилась, но ушки все равно держала на макушке:
– Что ж, хорошо, – с некоторым подозрением сказала Юля, пройдя в зал и уперев руки о пояс. – Я соглашусь, но только из-за того, что ты старался и потратился на все это совершенно неуместное действо. Так уж и быть – отвечу на знак внимания, но при одном жестком условии: после мы займемся математикой. Она ведь при любом раскладе никуда не денется. Я пришла сюда, чтобы достучаться до тебя, вложить в тебя чуток знаний, а не для того, чтобы сидеть здесь и вкушать запретные плоды, – по-учительски заявила Кудрявцева. – Времени и так мало… Вершинин, скажи честно, в чем подвох?! Для чего весь этот спектакль – на что ты намекаешь?!
Вершинин продолжил гнуть свою линию, немного приуныв для вида:
– Почему же все видят в моих искренних действиях один только подвох? Забудь про это, Юль… освободись от этих предрассудков, глупышка. Забей на это – наслаждайся моментом. Давненько между нами не было подобных приятностей – не порть момент… А потом мы с тобой обязательно займемся… математикой, – Леха остановил взгляд на Юлиной груди, а потом вовремя опомнился и занес в зал учебники, которые она принесла с собой. – Располагайся и чувствуй себя, как дома, – сказал он и удалился на кухню.
Когда Алекс убежал из зашторенного зала, Юлия, постукивая каблуками по паркету, прошлась по комнате, осмотревшись и еще раз оценив всю ситуацию, подумывая мигом оглушить порыв Вершинина и его откровенные намеки на свидание. Поверьте, в этом она разбиралась: Юля динамила Лешу много лет, а тут, сама того не осознавая, случайно попалась на уловку. Нужно было мудро и тактично перестроить мужлана на математику, где она с превеликим удовольствием и в благих целях оторвется над ним.
Обстановка вокруг была настолько спокойная и романтичная, что невольно сбивала девушку с толку – вряд ли, глядя на все это, можно было сосредоточиться на учебе. Думается ведь абсолютно о другом. Такого оформления Юля не видела очень давно, ведь от Витька ничего подобного не дождешься – Кудрявцеву охватил девичий трепет. В конце концов «добрые» намерения Вершинина начали ослеплять ее – осторожность Юли немного притупилась. Она считала, что Вершинин оказывает ей знаки внимания пока что в пределах допустимой нормы, что было характерно для их взаимоотношений. Как бы не забыть об экзамене, думала девушка. А в голове у Лехи математика была на последнем месте, а когда он смотрел на Кудрявцеву, то вовсе терял голову и готов был наброситься на нее без лишних хождений вокруг да около.
Вершинин выжимал все соки из своего мужского обаяния, подбирал нужную интонацию и приятные слова, которые должны помочь сбыться его замыслам – он ждет не дождется, когда это произойдет. Леша хотел убедить гостью, что нечего стесняться, и напрямую признаться в своих чувствах, которые больше невозможно скрывать. Также в плане покорителя сердец предполагалось, что она размякнет, предположительно испытывая те же чувства и влечение к самому герою-любовнику (он высокомерно полагал, что в этом деле будет взаимность), как в принципе и все представительницы прекрасного пола, и ни в чем ему не станет отказывать. Оба в этот час немного отстранились от реальности, в которой существуют. Вершинин хотел действовать последовательно, не провоцируя отказа из-за резких, развязных, нахальных и неуместных действий и непродуманных слов, которые обязательно где-нибудь вылезут. Сама Кудрявцева умилялась всей картиной, но собиралась в миллионный раз отшить Леху, если тот опять начнет уламывать ее проявить к нему взаимность и примется распускать руки. А постоять за себя, по ее же мнению, она еще как могла.
Алеша отсутствовал недолго. Вскоре он вернулся в зал радостный и счастливый, держа в руках ведерко со льдом, в котором лежала бутылка шампанского. Робко сидящая на кровати Кудрявцева театрально восхитилась – она впервые видела своего одноклассника таким счастливым, поэтому что-то ей мешало грубо отказать ему: «Вдруг это и правда его благодарность, а не очередная тупая попытка подкатить? – размышляла Юля, глядя на Вершинина. – Я вот думаю плохо про него, а он реально от чистого сердца все организовал, поэтому нехорошо получится, если я, оскорбив его, убегу. К тому же, он никогда не предаст доверия Вити. Мужская дружба и все такое».
Пробка вылетела с шумом и пеной – полусладкое полилось в бокалы. Счастливый Алексей, улыбаясь и любуясь ничего не подозревающей Юлией, подсел поближе к ней и, подняв бокал, произнес тост – за Юлю и отечественную систему образования. Она поддержала его – они чокнулись и осушили бокалы. Леха суетился, радуясь взаимности, а Юля из чистого интереса наблюдала за его действиями, чем очень сильно рисковала. Она рассматривала два варианта: первый – все это просто благодарность, после чего Юля примется объяснять Лехе математику, а он будет стараться что-нибудь усвоить; второй вариант – все это гнусный план Вершинина, нацеленный на то, чтобы затащить ее в постель. Для начала необходимо было вежливо отказать ему и настоять на учебе. Конечно же, она всегда знала и видела, что Леша не ровно к ней дышит и только ловит случай, чтобы пофлиртовать и подкатить к ней. Она догадывалась, что в этом деле он не остановится ни перед какой подлостью.
После первого бокала Леша схватил ягоду клубники, опустил ее себе в рот и состряпал самодовольное лицо. Ему казалось, что такой прелестный прием растрогает Кудрявцеву. Он думал, что она сразу же растает под порывом его внимания и обаяния. Но мажор ошибался – Кудрявцева вовремя пришла в себя.
Юлия сидела на кровати рядом с Вершининым с таким невинным видом, словно девочка на утреннике в детском саду, и все стеснялась заговорить, но, поймав довольный и выжидающий взгляд Вершинина, устремленный прямо на нее, она собралась с силами, поправила свои черные волосы и произнесла:
– Леша, ты не представляешь, как я зла на тебя.
– Почему же? – ласково и блаженно произнес Алексей, стремительно переходя в наступление. – Ты просто не понимаешь, в чьи руки попала. Не понимаешь, какое счастье тебе досталось… какой шанс тебе дает судьба.
«Сектор «Приз» на барабане!» – мысленно восторгался ситуацией Вершинин.
В этот момент им руководил сугубо животный инстинкт. Он заботился об удовлетворении только своего тела, никак не души – последняя маялась и медленно погибала.
Пододвинувшись ближе к Юле, Вершинин протянул к ней руки и принялся поглаживать ее то по длинным волосам, то по рукам и коленям, любуясь изящными чертами смуглого лица и тела Кудрявцевой. А она не могла пошевельнуться, стараясь не смотреть на него, ибо чувствовала от этого человека холод чуть ли не до мурашек. Тут ей и открылось его настоящее лицо – все остальные видели в нем лишь богатство, красоту и могущество, а Юля сумела проникнуть сквозь внешнюю оболочку и заглянуть вглубь его темной души, увидеть его скверную натуру, неспособную на что-то доброе и светлое, достойную только смерти где-нибудь в канаве за все сотворенное в этом мире. Но он жив и здравствует!
С каждой секундой Кудрявцевой было все страшнее и неприятнее не только чувствовать присутствие и прикосновения этого человека, но и видеть его. Тут Алексей решился на нечто неординарное, стараясь хоть как-то добиться взаимности от Юли, хотя ему было абсолютно до фонаря, каким образом иметь ее у себя дома. Хотя это особый случай – не просто для галочки в списке, а что-то вроде выпускного экзамена, самого сложного и долгожданного.
«Давно пора было это сделать! Эх, была не была! Кудрявцева, будь же моей!» – подумал он, выдохнул и со всех сил кинулся на девушку. Пути назад нет. Он просто обязан сделать этот момент самым лучшим в его жизни.
Леша завалил Юлю на кровать. И вместо того чтобы сразу приступить к делу, Вершинин поцеловал ее так нежно и страстно, как не целовал никого и никогда. Сам он весьма удивился этому и в момент промедления второй раз за день получил пощечину. Юля Кудрявцева мгновенно выскользнула из-под него, отбежала подальше от кровати и отвернулась, прикрыв лицо ладонями, но почему-то не ушла прочь.
«Что же произошло? – пораженно думал Леша после этого удивительного поцелуя, никак не входившего в его планы. – Почему она стоит там? Почему я позволил ей вырваться? Как же так?! Что не так со мной? Что не нравится? Что?!»
Он мигом поднялся с кровати и попытался приблизиться к Кудрявцевой, которая со слезами на глазах обняла себя руками и не давалась ему в объятия.
– Юля, Юлечка, Юленька! Иди же ко мне, – твердил он, протягивая к ней руки, – ты зря отказываешься. В чем дело? Не будет больно, не будет мерзко – будет хорошо, будет приятно. Я никогда не сделаю тебе больно – ты для меня все, – изворачивался Вершинин.
Юлия опомнилась и проявила свой жесткий характер, рявкнув на Вершинина так, что тот огорченно и изумленно отстранился от нее: