Она быстро договорилась на работе, чтобы её подменили на пару часов, и побежала в гараж: благо год назад сдала на права и теперь могла свободно ездить по дорогам, а отец дал ей ключи от своей машины.
Всю дорогу она только и делала, что ругалась сначала на Борьку, потом – на бандитов, а в конце – на жизнь Балашовскую. Так что за время дороги успела хорошенько эмоционально изложить своё мнение по разным житейским вопросам, что позволило ей не напасть с кулаками на своего непутёвого гражданского мужа…
Машина легко справилась с просёлочной дорогой, так что через пару часов Тамара была у самодельного деревянного моста через Хопёр в Падах.
Борька вышел на дорогу, услышав знакомый звук Томкиной машины.
– Борька, чёрт сиволапый! – заругалась Тамарка, выскакивая из остановленной ею машины. – Что с тобой? Покажи, где кровь?
Увидев, что кровь больше не бежит, она опустила разом руки и села без сил на дорогу.
– Томка, ты чего? – Борька удивлённо присел рядом и смотрел на жену, не понимая того, сколько жизненных сил она истратила из-за его дурацкого поведения.
– Идиот… – только и произнесла она, обхватив руками его окровавленную голову, которую тут же начала целовать. – Живой… Чертяка…
– Да живой я, живой… – оправдывался Борька, даже не пытаясь с ней спорить.
Она отпустила его голову, глубоко вздохнула, и начала вставать, отряхиваясь от налипшей на платье всякой лесной трухи. Молча пошла к машине, достала водки, бинтов и начала дезинфицировать рану. Закончив это, достала из машины Борькину чистую одежду и подала ему со словами. – Переодевайся…
На ругань больше у неё сил не осталось…
Положив камень в грязную одежду из Падов, она подошла к реке и далеко забросила её в Хопёр. Вернувшись, начала перебинтовывать ему голову. Когда всё это было сделано, тихо сказала. – Борь, ты садись сзади и попытайся отдохнуть. Сейчас мы поедем в райбольницу и я туда тебя положу на обследование… И не спорь! Тебе надо спрятаться хорошо от бандитов. Они будут тебя искать! И надо связаться со следаками: ты ведь защищался?!
Борис, понимая, что она во всём права, молча сел сзади в машину… Так в райбольнице появился новый больной, а Тамара позвонила в прокуратуру и договорилась со следователем о встрече.
5.
Как это было ни странно, но звонок в прокуратуру и голос женщины, ответившей ей, навёл Тамару на воспоминания о том, как они вчетвером уговаривали бездомную и покинутую хозяевами собаку…
Ещё, когда в здание райбольницы вошла молодая женщина, Тамаре показалось, что она уже когда-то и где-то видела её. Невольно присматриваясь к вошедшей женщине, она даже на мгновение забыла, зачем та пришла: воспоминания о детской Падовской жизни четвёрки вдруг захлестнули её. Она посмотрела на следовательшу раз, другой, третий, ведя её в палату к Борису…
Потом, видимо не удержавшись от любопытства, Тамара спросила. – Вы Белавина? Не Светлана? Не из Падов? Что-то в вас есть знакомое от моей подружки Светки Белавиной! Мы вместе с ней на одной парте в школе сидели!
Женщина остановилась, повернулась к той, у которой рот раздвинулся до ушей. – Неужели это её любимая подруга детства?
Моргнув несколько раз от удивления, она вдруг произнесла на одном дыхании. – Томка? Ты ли это?
– Я, Светка! – Тамара и сама не понимала, что с ней творится: радость в душе бушевала от того, что, наконец, она видит свою подругу, которую так давно и, казалось – безвозвратно, потеряла. И, бросившись к Светлане, стала целовать её и обнимать, приговаривая. – Где же ты так долго была, подруга, любимая?!
Она видела, как слёзы ручьём текли по щекам и закрытым глазам Светланы, которые она целовала, представляя свою подружку маленькой и шустрой…
– Ты, Томка, совсем не изменилась… – только и произнесла Светлана, открывая глаза и обнимая свою потерянную подругу.
Но дороже всех денег на свете для Тамары оказались её слова. – А у меня, кроме тебя, так никогда и не было подруги…
Вздохнув, Тамара вытерла глаза и щёки от счастливых слёз, улыбнулась и, отстранившись ненамного, посмотрела в глаза подруги, прошептав еле слышно. – Вот мы какими стали…
Вдруг страх того, что вот сейчас Светлана поговорит с Борисом и уйдёт опять неизвестно на сколько, охватил её. И из её души вылетели слова. – Если меня не найдёшь в ближайшее время, сама найду и убью!
Увидев счастливую улыбку подруги, говорившую ей о том, что её страх является напрасным, решила перестраховаться и погрозила Светлане пальцем. – Теперь я знаю, где ты работаешь!
Охватив руку подруги обеими руками, прижалась к ней, как защитнице, как это было когда-то в детстве, довольная, повела в палату.
Светлана кивнула головой и, вошла в палату, накинув белый халат на плечи…
По сигналу Светланы она покинула палату, хотя и очень хотелось узнать, о чём той поведает Борис. В какой-то момент даже захотелось прильнуть ухом к щели в дверях, но всё же смогла пересилить себя и отошла к окну на всякий случай. – Мало ли что…
И не напрасно: через некоторое время она услышала крик Светланы. – Врача!