Получив солидный золотой запас на дальнейшую жизнь, он направился к известному воину-ульфхендару для обучения, когда приехал на север. А через пять лет, освоив всё, что должен был уметь ульфхендар, вернулся домой.
И здесь его ждала важная новость: его отец Одульф умер, а его трон достался старшему брату Ансиле. Два средних брата – Эдиульф и Вультульф стали приближёнными Ансилы, а места для Германариха не оказалось. Вскоре Вультульф напал на Германариха с ножом, чтобы убить его, из-за того, что тот начал искать меч Турфинг. Однако, он не знал возможностей Гермонариха, который легко убил его своим же ножом.
Ансила, опасаясь иметь рядом такого воина, дав ему золота для приобретения корабля и сотню воинов, направил его на северное направление водного Шёлкового пути для грабежа караванов. Так Германарих попадает в леса и реки Гардарики…
Первым местом базирования его корабля на водном Шёлковом пути становится земля на берегу моря Викингов.
Так на древней реке, по которой викинги нападали на караваны из Китая, появился серьёзный конкурент из готов, который захватил земли вендов и ободритов, а также гревтунгов, наладил контроль и плату за проезд по реке, как китайцев, так и викингов. Все попытки викингов напасть на землю конунга Гермонариха, которые теперь захватил Гермонарих где силой, где хитростью, где волчьими повадками, оканчивались безрезультатно. И Гермонарих знал почему: дело в том, что уезжая на земли моря викингов, он прихватил с собой меч Турфинг, который всё-таки нашёл. Единственное, о чём хотел он узнать: это сколько волшебной силы в нём осталось?
Поэтому старался не обнажать его, обходясь теми знаниями, которые получил как ульфхендар. Постепенно расширяя свои владения на восток по водному Шёлковому пути до реки Итиль, он становился всё жестче и богаче.
Прошло двадцать лет. Конунга Германариха известили, что король Ансила загадочно умер, а его трон теперь принадлежит его брату – Эдиульфу. Никакого разговора о том, чтобы передать корону Гермонариху, который увеличил королевство готов в несколько раз, даже не было!
И Гермонарих продолжил увеличивать королевство готов… Скоро список покорённых им народов зазвучал так: племена гольтескифов (Golthescytha), тиудов (Thiudos), инаунксов (Inaunxis), васинабронков (Vasinabroncas), меренс (Merens), морденс (Mordens), имнискаров (Imniscaris), рогов (Rogas), тадзанс (Tadzans), атаул (Athaul), навего (Navego), бубегенов (Bubegenas), колдов (Coldas) и другие.
2.
Однажды к нему привели славянского жреца, который рассказал ему сказку…
… В некотором царстве, в некотором государстве жил-был царь; у этого царя было три сына, все они были на возрасте. Только мать их вдруг унес Кощей Бессмертный. Тут старший сын и испросил у отца благословенье искать мать. Отец благословил; он уехал и без вести пропал. Тогда средний сын пождал-пождал, тоже выпросился у отца, уехал,– и тоже без вести пропал.
Тогда приходит малый сын, Иван-царевич, и говорит отцу. – Батюшка! Благословляй меня искать матушку…
Отец не пускает, говорит. – Тех нет братовей, да и ты уедешь: я с кручины умру!
– Нет, батюшка, благословишь – поеду, и не благословишь – тоже поеду. – младший сын говорит.
Ничего не поделать, отец благословил.
Пошел Иван-царевич выбирать себе коня: на которого руку положит, тот и падет! Так и не смог выбрать себе коня.
Идет себе дорогой по городищу, повесил голову. Ниоткуда взялась старуха, спрашивает. – Что, Иван-царевич, повесил голову?
– Уйди, старуха! На руку положу, другой пришлепну– мокренько будет!
Тогда старуха обежала его другим переулком, идет опять навстречу, и говорит. – Здравствуй, Иван-царевич! Что повесил голову?
Он и думает. – Что же это старуха меня спрашивает? Не поможет ли мне она?
И говорит ей. – Вот, баушка, не могу найти себе доброго коня.
– Дурашка, мучишься, а старухе не кучишься!– отвечает старуха.– Пойдем со мной.
Привела его к горе, указала место. – Скапывай эту землю.
Иван-царевич скопал, видит чугунную доску на двенадцати замках. Замки он тотчас с нее сорвал и двери отворил, вошел под землю. Видит: тут прикован на двенадцати цепях богатырский конь. А тот, видно, услышал ездока по себе, заржал, забился, все двенадцать цепей порвал.
Надел Иван-царевич на себя богатырские доспехи, надел на коня узду, черкасское седло, дал старухе денег и сказал. – Благословляй и прощай, баушка!
Сам сел и поехал. Долго ездил, наконец, доехал до горы. Преболышущая гора, крутая, взъехать на нее никак нельзя. Тут и братья его ездят возле горы. Поздоровались, поехали вместе. Доезжают до чугунного камня пудов в полтораста. На камне надпись: «Кто этот камень бросит на гору, тому и ход будет».
Старшие братовья не смогли поднять камень, а Иван-царевич с одного маху забросил его на гору – и тотчас в горе показалась лестница.
Он оставил коня, наточил из мизинца в стакан крови, подает братьям и говорит. – Ежели в стакане кровь почернеет, не ладите меня: значит, я умру!
Простился и пошел. Зашел на гору; чего только он не насмотрелся! Всяки тут леса, всяки ягоды, всяки птицы! Долго шел Иван-царевич, дошел до дому: огромный дом! В нем жила царска дочь, котора была утащена Кощеем Бессмертным.
Иван-царевич кругом ограды ходит, а дверей не видит. Царская дочь увидела человека, вышла на балкон, кричит ему. – Тут, смотри, у ограды есть щель, потронь ее мизинцем, и будут тебе двери.