Он бесстыже задрал рукав на левой руке Цзинь Гуанъяо и погладил его абсолютно гладкую кожу, на которой не виднелось уже и следов шрамов.
— Однако! — оживился Мо Сюаньюй, тыча в свою схему. — Я могу попытаться немного поменять очередность.
Цзинь Гуанъяо просматривал записи Вэй Усяня, и, хоть он не собирался их использовать, этого хватило, чтобы они отложились у него в голове. Выкладки Мо Сюаньюя являлись творческим переосмыслением наработок Вэй Усяня.
— Ты хочешь вынудить кого-то совершить обмен, — заключил Цзинь Гуанъяо.
— Вынудить? — нахмурился Лань Сичэнь. — Но он в твоем теле!
— В том-то и дело! — Мо Сюаньюй от нетерпения едва не подпрыгивал на месте. — В ритуале пожертвования я сперва отдавал свое тело, а потом уходил. А тут я обещаю свое тело, но сперва перемещаюсь туда, куда надо мне.
— Но тогда тело А-Яо займет кто-то еще! — возмутился Лань Сичэнь.
— Нет, не должен… — задумчиво произнес Цзинь Гуанъяо в то время как Мо Сюаньюй едва не задохнулся от возмущения, что кто-то мог подумать, будто он мог хотеть нанести вред своему «Яо-гэ». — Как я понимаю, Вэй Усянь потихоньку пытается выпихнуть меня из тела А-Юя — но не может, потому что я живой и золотое ядро у моего тела сильнее. Однако как только освободится мое собственное тело, моя душа, которая, как верно сказал А-Юй, не связана никаким контрактом, устремится обратно. И Вэй Усянь завладеет телом А-Юя окончательно.
— А что будет с душой того человека, чье тело захватит молодой господин Мо? — напряженно поинтересовался Лань Сичэнь.
Цзинь Гуанъяо и Мо Сюаньюй переглянулись.
— А гуй его знает, — легкомысленно пожал плечами Мо Сюаньюй. — Тела ему не достанется, так что либо уйдет на перерождение, либо останется злобным духом, который придется упокоить.
— Да, но для этого надо, чтобы его золотое ядро было слабее моего, — сосредоточенно разглядывая схему, добавил Цзинь Гуанъяо. — Что сильно сужает круг: мое ядро, увы, не особо сильное… Или же этот человек вовсе не должен быть заклинателем. Это проще, хотя и не так интересно.
Лань Сичэнь поджал губы, и Цзинь Гуанъяо спохватился:
— Эргэ, я понимаю, что это звучит ужасно! Но… я не вижу других вариантов.
Лань Сичэнь покачал головой.
— Речь идет о живом человеке, А-Яо. О ком-то, кто ни в чем ни перед кем из вас не провинился. Как можно обсуждать даже саму возможность отнять у кого-то его тело?
— Но еще я должен испытывать к нему сильные чувства, — словно не слыша его слов, заметно погрустнел Мо Сюаньюй. — Что-нибудь яркое! Любовь, понятно, не подходит, потому что люблю я только Яо-гэ… Ненависть была бы кстати! Но все, кого я ненавидел, сдохли…
Он вскинул растерянный взгляд и жалобно оглядел всех троих людей, смотрящих на него с разными выражениями на лицах.
— Кого бы возненавидеть? — искренне спросил у них Мо Сюаньюй.
========== Глава 22 ==========
Мо Сюаньюя хотелось взять за шкирку и хорошенько тряхнуть, чтобы тот понял: к людям нельзя так относиться. Однако что-то подсказывало Лань Сичэню, что это бесполезно. На Мо Сюаньюя невозможно было сердиться: он смотрел таким чистым, по-детски невинным и незамутненным взглядом, что становилось ясно: он абсолютно не понимает, что говорит и творит нечто дурное. А если ему про это рассказать и попытаться объяснить — просто не поверит.
— А-Яо… — тихонько шепнул Лань Сичэнь, взывая к разуму своего побратима. — Этот способ…
— Единственно возможный, — так же негромко ответил А-Яо. — Эргэ, ты же понимаешь, что А-Юй уже раздумал умирать и в никуда не уйдет. А значит, не освободит моего тела — и мы с Вэй Усянем застрянем в его теле навечно.
Лань Сичэнь содрогнулся. Ситуация была не слишком приятной сама по себе — а ведь это А-Яо еще не знал, что с каждой ночью Вэй Усянь пробуждается все сильнее и сильнее. Если сперва тот просто шевелился, а затем решил куда-то уйти, в их последнюю встречу Вэй Усянь говорил вполне связно и понимал слова, обращенные к нему. Этой ночью у Лань Сичэня не было возможности вновь увидеться с Вэй Усянем, но что-то ему подсказывало, что, возможно, оно и к лучшему. Как знать, быть может, его сознание вот-вот пробудится окончательно, и он начнет задавать неудобные вопросы. Однако А-Яо не может обходиться без сна, и рано или поздно наступит период, когда Вэй Усянь получит безграничную власть над этим телом. Что он будет с ним делать? Хорошо, если у них с Ванцзи что-то получится, и несчастное тело с двумя душами хотя бы останется в безопасности в Облачных Глубинах, а если Вэй Усянь, вовсе не любя его брата, решит отправиться куда глаза глядят?
Впрочем, с тоской признался самому себе Лань Сичэнь, вариант с Ванцзи его тоже не слишком-то радовал. Тело, в котором находилась душа А-Яо, не должно было принадлежать никому, даже брату, которого Лань Сичэнь любил и ради которого был готов на многое.
— …эргэ! Эргэ!
Лань Сичэнь со смущением осознал, что А-Яо зовет его не в первый раз, глядя с тревогой.
— Извини, — покаянно произнес он. — Я задумался…
— Я понимаю, — с готовностью кивнул А-Яо. — Это действительно сложно и весьма неприятно. Однако, эргэ, тебе совершенно не в чем будет себя упрекнуть. Мы все втянули тебя в эту историю, и…
— А-Яо, — бледно улыбнулся Лань Сичэнь. — Не утешай меня. Я уже признался, что ради тебя я согласен на многое… Даже, пожалуй, на все. Просто пообещай мне, что если найдется какой-нибудь другой вариант, вы с молодым господином Мо им воспользуетесь.