— Зачем?
— Он хотел напасть на твоего отца, — равнодушно пожал плечами Кассиан. — Этим займется полиция.
— Ох, и это все? — я опустилась на спинку. — Нам не нужно было уезжать. Это просто краска.
— Безопасность была поставлена под угрозу, — Кассиан оживился, улыбаясь в зеркало заднего вида. — Кроме того, фотосессия бы не состоялась.
Он казался слишком счастливым, но я закрыла рот, потому что не хотела раздражать своего единственного телохранителя.
— Наше первое появление без Кью, и оно провалилось. Совпадение?
— Нет, — буркнул Кассиан.
Квентин собрал свои вещи и уехал еще до того, как мы вернулись в Калифорнию. Я писала ему, но его ответы были скудными.
Все мысли о Квентине вылетели у меня из головы, когда мы доехали до Пресидио-Хайтс. Машина въехала на территорию и припарковалась. Босиком я соскользнула на гравий и прислушалась к тихому, приятному голосу Кассиана, который благодарил водителя пятидесятидолларовой купюрой. Кассиан щедро давал чаевые водителям, персоналу отеля и всем, кто держал для него двери открытыми.
Кассиан дружески помахал водителю. Он мог быть и привлекательным, и угрожающим, в зависимости от компании. В присутствии коллег — помимо Квентина — он излучал обаяние. Я завидовала его способности покорять людей.
Но как только ворота закрылись за Лексусом, он перестал улыбаться. И нацелился на меня.
— Ты в порядке?
— Да. Просто какой-то глупый парень, — я указал на его куртку, испачканную алыми пятнами. — Я испортила тебе костюм.
— Меня не волнует одежда.
Он последовал за мной в сторону дома. Я схватила садовый шланг и обрызгала руки и ноги.
— Ну хотя бы смывается.
Мои волосы были в беспорядке. Я намочила их, молясь, чтобы с ними ничего не случилось, краска стекала с моих волос и расплывалась по кирпичной дорожке.
— Интересно, против чего протестовал этот парень? Против детей? Достижения в медицине? Может быть, ему не понравилось мое платье. Не могу сказать, что виню его, мне оно тоже не очень понравилось, — я одарила Кассиана ухмылкой, на которую он не ответил.
Его поднимающаяся и опускающаяся грудь была единственным признаком жизни.
— Ты в порядке?
— Я зол, — проворчал он.
— На меня?
— На твоего гребаного отца. Я сказал, что нам нужен большой периметр. Уровень защиты. Больше телохранителей. Он отмахнулся от моих опасений, и в результате на тебя напали. На тебя. А не на него.
От мучительного взгляда Кассиана мне стало больно. Мои чувства к нему росли, но я не могла понять, чего он хочет.
— Все в порядке. Я в порядке.
— Нет, это не так.
— И что же мне теперь делать? Плакать? Я много плакала, и мне это надоело. Господи, как же мне надоело стараться. Знаешь, что беспокоит меня больше, чем эта дурацкая краска? Это я не принадлежу к этой семье. Вообще никак.
— Ты просто не хочешь общаться с кучкой сопляков из трастовых фондов.
— Да, — я старалась сохранить серьезное выражение лица, но мои губы дрожали. — Кого, черт возьми, я обманываю? — я закатала рукава и засмеялась, глядя на свое забрызганное платье. — Это не я, Кассиан.
— Ты совсем не похожа на него.