Инферно: Провозвестник: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Как только ты думаешь, что положение хуже некуда, оно тут же норовит стать ещё хуже. Эта фраза была прочитана Микой Тоява не так давно, в одной из переведённых на её родной язык книжек. Японка была вынуждена в очередной — в очень сильно очередной — раз признать, что в резко и стремительно изменившемся мире вокруг неё обычные жизненные принципы, вкладываемые в головы обитателей страны Восходящего Солнца, мало на что пригодны. В отличие от тех, которыми руководствовалась немалая часть гайдзинов. Особенно тех, которые жили не по навязываемым им правилам «современного цивилизованного мира», а лишь по тем, которые сами для себя установили.

Откуда она это узнала, если до недавних пор даже косвенно с оными не сталкивалась по большому то счёту? Привыкла читать болтовню в разных темах форума мира «Лендлордов». Потоки похвальбы, океаны жалоб, моря ненависти и реки страданий из-за утраченных надежд и планов — там хватало всего. Мико внимательно читала, кто именно и при каких именно условиях лишался собственного замка или напротив, сумел отразить хотя бы первые несколько наскоков, тем самым укрепляя как занятую позицию, так и авторитет среди близких и не очень соседей. Не уважение, а именно авторитет — японке приходилось ещё и прямо в процессе собственной борьбы перестраивать мышление. Не очень то порой хотелось, но ставшая Илладриэлью осознавала, что без этого никак. Совсем никак!

Ей бы чуток побольше времени… или возможность опереться хоть на кого-то со стороны. На того, что пусть в самом начале подставил бы плечо, помог той, кто и не ожидала оказаться в реальном параллельном мире. до поры успешно прикидывающимся всего лишь великолепно проработанной виртуальной реальностью. Но есть лишь то, что есть, а мечты о волшебном выходе из сложной ситуации — не магическом, а именно волшебно-сказочном — остались далеко-далеко, где-то в другом мире и даже далеко уплыли по безжалостной реке времени.

Вот и та ситуация, в которой она и заметно поубавившиеся числом подданные оказались сейчас — она тоже заставляла мечтать о неком волшебном выходе, которого не предвиделось. Ни её советники, ни она сама не ожидали того, что первый же штурм города объединившимися дроу и демонами окажется столь быстр и столь успешен. Всё что удалось остаткам войска — отступить на последний рубеж обороны, за стены собственно замка. И то для спасения хотя бы части пришлось бросить в безнадёжную атаку всадников на единорогах. Вот они и были перебиты… почти все, своими жизнями купив отступающим возможность добраться до замка и не притянуть на своих плечах врага.

Верила ли Илладриэль в удачный исход теперь? В то, что помощь, на которую рассчитывала как она, так и советники, подойдёт до того, как и этот рубеж падёт? Честно говоря, не слишком. Самой то ей в силу возможности возродиться, причём в заранее выбранном укромном месте, угрожало поменьше, нежели другим. Хотя оказаться почти ни с чём, лишь с не самой большой суммой денег и с перспективой в одиночку пробираться по захваченным демонами и дроу землям, чтобы пробраться к тому же князю Тамариллу из ветви Парящего Журавля тоже была не из приятных. Начинать заново, стремиться сперва собрать войско, а потом искать новый Источник Силы, отбивать его у тех, кто наверняка вцепится в свои владения крепко-накрепко? Можно… в теории. Ведь для того, чтобы даже попытаться сделать нечто подобное, нужны войска в достаточном количестве, а им, войскам, требуется платить. И надолго ли хватит того, что есть у неё сейчас? Удастся ли вообще добраться до сколь-либо дружественных мест, не погибнув по дороге несколько раз, тем самым отдавая новые и новые части имеющегося золота удачливым охотникам?

Поневоле возникала мысль попробовать договориться о сдаче замка на приемлемых условиях, но тут же растворялась. Договариваться с дроу для эльфа вообще немыслимо, а тут дроу настоящие, а не под руководством кого-то из таких же как она, всё ещё играющих или раньше бывших простыми игроками. Зато демоны, с ними дело обстояло иначе. Мико Тоява прочла то послание, предлагающее ей вступить в переговоры, доставленное призванным существом ещё до штурма. Не зря оно было составлено таким образом, что сразу становилось ясно — это не обычный «сын Инферно», как называют себя демоны, а ранее, наверняка ещё совсем недавно, бывший таким же человеком, как и она сама. А тут были возможны варианты.

Возможны… были. Тогда она решила не только прислушаться к советникам, но и довериться их мнению, которое, что неудивительно, совпало. Дети Великой Матери категорически не признавали любых договоров с демонами и были готовы драться до последнего и даже погибнуть, лишь бы не опозорить себя перед ЕЁ взглядом. Да и шансы продержаться достаточное время тогда были более чем приличными. Сейчас же ситуация резко изменилась. Немалая часть эльфов-стрелков и мечников пала на стенах, от магов почти никого не осталось. Всадники на единорогах? Об их участиивспоминать не хотелось. Пара потрёпанных фениксов и уцелевшие почти в полном составе дриады — вот кто сейчас был главной силой.

Магия, а точнее сила от Источника — вот то единственное, что могло помочь продержаться подольше. Именно поэтому Илладриэль то находилась в Заклинательном Покое, то рвалась обратно в «тронный зал», куда то и дело приходили советники, пытающиеся хоть как-то усилить расползающуюся по швам оборону. Нехватка воинов, не столь большое число магов. Необходимость постоянно отслеживать любые перемещения противника, чтобы не допустить очередного штурма и особенно каких-либо неожиданных действий. Враги уже успели показать и доказать, что умеют пользоваться своей силой и чужими слабостями.

Вот и сейчас в зале раскачивался из стороны в сторону окутанный дымом из курительниц Эласса, что-то ритмично напевая. Может кому-то это и могло показаться странным, но Мико уже успела привыкнуть к не самым обычным привычкам шаманов. А благородный эльф Эласса как раз и был очень неплохим шаманом. Сейчас же он был занят тем, что держал контакт с прирученными не только им, но и его предками духами, стремясь если и не заглянуть в те места, где находились вражеские командиры, то хотя бы оценить, что творится в тех местах, куда не могут проникнуть призванные магами и дриадами сущности.

— Не стремятся нападать они, — прервав напевы, как только почуял приближение Илладриэли, сообщил шаман, не прекращая своё камлание. — Магией защищают себя, спешно укрепляют здания и на стены своих поставить не забыли. Готовятся к чему-то демоны. А отступники, отрёкшиеся от благой сущности Великой Матери, не мешают им. Ждут чего-то, духам моим непонятного. Но Камень не тревожат, то и они, и я понять можем. Тела наших павших не так давно проверяли зачем-то.

— Раненых искали, чтобы на жертвенники оттащить, — злобно процедила Лирра, единственная из дриад, которая ещё не слилась воедино с одним из древ, тем самым временно становясь ещё более смертоносной. Дело в том, что заметно увеличивающиеся габариты… не способствовали нахождению в тронном зале и тем более целостности пола.

— Не то это… Раненых раньше нашли и утащили. Потом стали трупы изучать внимательно, долго. И изучив, потащили в средоточие магии, где недавно и я с предельным благоговением вникал в мудрость магов и шаманов прошлого и нынешнего. Там главный среди демонов, туда он зашёл и там остаётся.

Мико внимательно слушала изрекаемое шаманом. Его действительно стоило слушать, особенно в делах магии, которой этот ещё далеко не древний эльф посвятил всю свою жизнь, начиная с самого детства. Хотя в последнее время Эласса выглядел заметно более нервным, обеспокоенным. О нет, он даже не думал что-то скрывать, напротив. охотно делился причинами своего беспокойства. Духи, которых у него, как у любого опытного шамана, было в достатке и вместе с тем они являлись довольно сильными — каждый в своей, особой области — намекали хозяину, что вокруг творится нечто нехорошее. Что именно? Проблема даже для опытных шаманов не в том, чтобы привязать к себе духов и заручиться их поддержкой — эти хлопоты у учеников и подмастерий по большей части — а в сложности понять этих абсолютно чуждых существ с причудливым по меркам живых обитателей материального мира разумом. Вот и Эласса никак не мог понять, что именно пытаются донести до него приручённые духи и вообще понимают ли они до конца сами причину своего беспокойства.

— Нужно будет приказать Баннаорну…

— Демоны засуетились, прекрасная княгиня! — прервал её на полуслове шаман-советник. — Выносят из башни нечто, в свёрток туго упакованное. Несут… Несут к другому демону, который забыл о том, что тело имеет исконную форму. Могучему, опасному, успевшему показать нам свою силу. Он уже меняется, становясь… живым метателем.

— Что?

— Это послание, — ещё больше ошарашил Мико шаман. — Духи не чувствуют угрозы, не чувствуют коварной и враждебной нам магии. Там не чувствуют, ведь всё поле боя, все места, где демоны и дроу, пропитаны злобой, ядом и хаосом, что противны Матери. Но не там, не в послании. Странном послании, тревожном. Тревога не в нём, а в том, что хотят сказать. Общая тревога. Не только наша, она для всех. Не понимаю, но духи настойчивы. Нужно открыть, нужно прочитать. Но могут не позволить, могут помешать… Берегись, княгиня! Берегись мешающих. Берегись!

Дергаясь с каждым словом всё сильнее, Эласса последние слова выкрикивал, уже рухнув на пол, в припадке, похожем на эпилептический. И сразу же два эльфа — довольно юных, не так давно вторую сотню лет разменявших, подхватили бьющегося шамана, зафиксировали, после чего влили в рот одно из заранее приготовленных замковым алхимиком зелий. Оно должно было не резко, но плавно разорвать связь с планом духов. Тем самым помогая чересчур увлекшемуся Элассе восстановиться как можно быстрее, при этом не ослабнув на долгие часы. Зелье довольно дорогое, Мико это хорошо знала. но сейчас жадность была верным путём пусть не в могилу, но к большим, ещё большим, чем уже присутствовали, проблемам.

Отмахиваться от слов советника Мико Тоява не собиралась. Тем более таких, сказанных в состоянии шаманского транса, когда тот находился в особом, крепко связанном с миром духов, состоянии. Оттого и поспешила не только послать воинов с приказами непременно доставить послание, если оно действительно обнаружится, но и сама покинула зал, выйдя во внутренний двор замка.

Вовремя! Менее, чем через десять минут тот самый «снаряд», отправленный при помощи живой «катапульты», плюхнулся поблизости. А если бы не приказ, отданный ей, нельзя было исключать и того, что защитники попытались бы сбить «подарок» от осаждающих прямо в полёте. Вполне обоснованно, опасаясь какого-то пакостного сюрприза. Вот только удалось бы им пробить оболочку или нет — вопрос неоднозначный. Слишком уж хорошо защитили это самое большое и массивное послание от самых разных воздействий. Видно было, что это делалось по-быстрому, наспех, но со знанием дела.

— Вскрыть оболочку! — недвусмысленно, не допуская иносказаний, отдала приказ Мико. — И если внутри будет письмо, как и следует из слов на поверхности, я должна его прочитать. После проверки, конечно. Но оно не должно быть утрачено! Это важно.

— Княгиня! — с явной, недвусмысленной обеспокоенностью в голосе воскликнул Галлиар. — Что бы там ни было, демонам и дроу нельзя ни верить, ни идти у них на поводу. Наше положение тяжёлое, но вовсе не безнадёжное. Я уверяю вас в этом! Должно быть это понимают и они, но хотят на волне первых успехов подорвать нашу веру в себя, вынудить склониться перед их волей. Великая Мать не зря донесла до нас, своих любимых детей…

— Я ни перед кем не склоняюсь, — довольно резко прервала советника Илладриэль. — Но Эласса не зря сказал мне отнестись со всей внимательностью к посланию. И мы отнесёмся. С внимательностью и предельной осторожностью. Открывайте!

Повинуясь прямому приказу, двое эльфов шагнули вперёд, склонились над свёртком и, под прикрытием защитных чар, задействованных магами Жизни и дриадами, стали вскрывать упаковку. Оказалось, предосторожности были излишними, внутри не было ни ядовитого газа, ни иной опасной алхимии. Даже следы проклятий не были обнаружены. А вот что там было — труп эльфа, причём одного из тех, кого и сама Илладриэль знала, и Галлиар, и кое-кто ещё из присутствующих. К груди трупа был приколот другой пакет, небольшой такой, внутри которого наверняка находилось то самое послание. Но и без этого послания тут было на что посмотреть, чего изучить. А ещё Мико поняла, что значили слова Эдассы про крайнюю необходимость поберечься. Эльф был уже не совсем эльфом — от «крови» и внутренностей частично вскрытого трупа смердело инсектами Единения, показывая, что некогда бывший эльфом и мастером лука Градиэнэль перестал им быть, став чем-то иным, совершенно чуждым Вечному Лесу. Раз «союзники» из Единения неведомым образом сделали подобное из одного, то кто мог дать гарантии, что и другие находящиеся в замке не перестали быть самими собой, став всего лишь покорными орудиями чужой воли, возможно даже лишёнными разума и свободы воли.

Ещё один укол подозрительности, буквально спустя мгновение после первого, и так чрезвычайно весомого! Изначальное стремление к союзу с инсектами, всяческие убеждения в его необходимости, слишком частые встречи с эмиссаром Единения Сайдером Моэном, настойчивые обещания, что именно инсекты непременно окажут помощь… И вот сейчас тоже подозрительное нежелание вскрытия «посылки».

Иногда мозг становится кристально чистым. Начинает работать так, словно бы его обладатель принял немалое количество различных стимулирующих препаратов, но исключительно на внутренней, естественной химии. Вот сейчас Мико Тоява ощутила именно это, чуть ли не впервые за всю свою жизнь. Потому и вскинула руки в уже привычном жесте, возводя преграду из гибких, рванувшихся из-под земли побегов, ограждая себя от Галлиара и тех, кто находился рядом с ним.

Вовремя! И в то же время не совсем верно. Казавшийся верным, искренне преданным своей княгине советник действительно ударил. Только не по ней, а по одной из дриад, задействовав какой-то артефакт, ударивший не Жизнью, не Разумом, а какой-то алхимической дрянью, помесью дыма и кислотного тумана. Не он один сбросил носимую доселе маску, многие другие эльфы пускали стрелы, активировали боевые чары и пытались достать клинками не ожидавших подобного собратьев. Впрочем, теперь Мико понимала, что собратьями они для нынешних орудий Единения уже не были.

Схватки закипели по всей территории внутри замка, на стенах, во внутреннем дворе. Что любопытно, дриады оказалисьпрежними, не охваченными инвазией. Видимо, эмиссары Единения просто не могли захватить их сущности таким образом, чтобы получившийся результат был в состоянии использовать некоторые специфические возможности этих детей Матери, особенно ту, что позволяла сливаться с деревьями в единое целое, тем самым резко увеличивая боевые возможности.

Да, не смогли. А вот о фениксах Галлиар и иные, как оказалось, позаботиться успели. Нет, взять их под свой контроль орудия инсектов не могли в принципе, птички чувствовали чужеродность и не стали б подчиняться тем, кто перестал быть истинными детьми Матери. Зато обезопасить себя от ситуации, при которой фениксы стали бы представлять угрозу, «Галлиар» и ему подобные смогли. Уже потому, что очень хорошо знали слабые места фениксов. Равно как и имели возможность подложить такую алхимию, которая была для порождений огненной стихии чрезвычайно опасной. Вода, причём на грани льда, а точнее основанные на этой грани стихии алхимические составы. Галлиар, как один из советников, и сам по себе имел доступ ко всему имеющемуся, а уж если учитывать его с недавних пор тесные связи с Баннаорном, тоже ставшим проводником воли Единения… А несколько подобных составов в запасе имелось, аккурат на случай, когда пришлось бы отражать атаки ориентированных на огонь демонов Инферно с замкнутых помещениях. Вот их и использовали… неожиданным для всех образом, тем самым оставив Илладриэль без весьма сильных, ценных и остающихся подконтрольными созданий.

Зато появление шамана, пусть пошатывающегося после недавнего глубокого транса, но всё ещё опасного, контролирующего свою нематериальную свиту из иного плана, добавило мощи тем, кто не стал частицами Единения. Элассе не нужно было «включаться» в ситуацию, хватило и одного взгляда, дабы понять, почему так беспокоились его бестелесные помощники. А шаман, да возле Источника Силы, способный брать оттуда ману полной горстью — противник страшный. Зато Галлиар, Баннаорн и иные, что мог бы в теории использовать эти резервы… их Мико, пусть с опозданием, но осознавшая ситуацию, отрезала от доступа к вырабатываемой Источником мане. Она вообще отрезала от неё многих, может и перестраховываясь, но более не желая оказаться под угрозой очередного удара в спину. Она сама, дриады, шаман — вот и все, кто остался в списке доступа.