Ирвин проследил за ними взглядом и помрачнел. Плечи его приподнялись, напряглись. Осанка стала скованнее. Он ещё немного переводил глаза со столика на столик, словно рассматривая всех посетителей подряд. И задумчиво поднял кружку. Взгляд его растворился где-то перед собой.
Джульетт встревожила перемена в отце. Он обдумывал что-то неприятное. Она украдкой обернулась, посмотрела через плечо и сразу заметила их. И узнала. Но только сейчас смогла получше рассмотреть.
Круглое лицо одного, с мелкими чертами. И грубое угловатое лицо другого. Первый пониже, помельче. Другой крупный, опасный на вид. Оба чернявые с густыми бровями, черными глазами и бледной кожей. Они отличались от британцев, и это замечала не только она. Посетители тоже поглядывали на двух чужаков с настороженностью.
Участившееся сердцебиение сдавило ей грудь. Джульетт припала к столу:
— Помнишь деревню, куда мы приехали из Дарлингтона? Мне кажется, я уже видела этих двоих там.
— Да, были там похожие парни, — себе в кружку проговорил Ирвин и отпил эля. — Навряд ли это они.
— Ты просто не хочешь меня пугать, — прошептала Джульетт.
Ирвин звучно поставил кружку на стол, и, не поднимая глаз, кивнул.
— Что будем делать? — так же тихо спросила пророчица.
— Нам торопиться некуда. Посидим, отдохнем. Но держись всё время рядом и делай всё то же, что и я. Мы уйдем чуть позже, чем планировали.
Теперь Джульетт казалось, что они всё время смотрят на неё. И она не могла спокойно сносить довлеющие минуты ожидания. Она подперла лицо и стала беспокойно перебирать губы пальцами.
— Они никогда не отстанут, — жалобно прошептала Джульетт.
Ирвин промолчал, но крепко взял её руку в свою и подбадривающее сжал.
Вскоре Джульетт ощутила, как задрожал дощатый пол, а потом с робкой радостью расслышала и звук приближающегося к станции поезда. Поезда, которого они ждали. Ирвин мягко придавил её ногу носком своего ботинка под столом. И едва заметно отрицательно качнул головой, давая знак, чтобы она сидела и никак не выдавала, что они собираются на поезд.
— Может быть, закажем чего ещё? — в голос спросил он. — Хочешь десерт?
Для тех, кто мог не заметить, хозяин паба громко объявил на весь зал о прибытии поезда. Большинство посетителей стали собираться, допивать пиво, надевать свои шляпы и кепи.
Джульетт снова оглянулась. Два черноволосых парня в коричневых плащах из замши неподвижно стояли у стойки. Делали вид, что пьют. Но они даже не отпивали на самом деле. Что ещё страннее, за всё время они не обмолвились ни словом между собой.
Паб заметно опустел. Люди потянулись на станцию. Джульетт почувствовала, как от волнения намокли её ладони. Она забеспокоилась, что они опоздают на поезд. И что тогда? Останутся здесь в безлюдном захолустье наедине с двумя своими преследователями? Один их вид вселял в Джульетт больше страха, чем воспоминание о горящей на солнечном свету руке мисс Кэтрин Уолкотт. Пророчица боялась их гораздо больше. И у Джульетт были на то причины.
С улицы раздался гудок локомотива. Поезд отправлялся.
— Пап, — глухо воззвала к нему Джульетт.
Ирвин перекинул кружку, допивая остатки эля, и поставил её на самый край стола. А затем легонько подтолкнул, и стеклянная кружка со звонким хрустом разбилась об пол.
— Ох, простите! Кажется, мне хватит, — вставая из-за стола начал голосить Ирвин, — Я сейчас всё уберу.
Причитая из-за стойки выбежал хозяин паба с метлой и заверил, что уберет всё сам. Многословно извиняясь, Ирвин быстро поддел сумку, перекинул через плечо, взял Джульетт за руку и потянул дочь к выходу.
Они вышли в ночную прохладу, пахнущую полевыми цветами и спешно направились к простой сельской железнодорожной платформе, от которой в свете единственного станционного фонаря отходил пассажирский паровоз. Их единственная надежда оторваться от двух чужаков.
— Не успеем! — увидев это, испугалась Джульетт.
— Давай-ка поживее, — ускоряя шаг, ответил Ирвин.
Они пустились в бег. Запрыгнули на платформу, разорвали руки и понеслись за удаляющимся вагоном каждый сам по себе. Расстояние до поезда увеличивалось всё быстрее. Стук колес учащался. Громыхал.
Дверь паба позади них распахнулась и оттуда вышли двое чужаков в замшевых плащах. Джульетт оглянулась, увидела их и вскрикнула, уверившись в своих опасениях. Чужаки действительно преследовали их. Они свернули под прямым углом и спешно направились вслед за убегающими отцом и дочкой.
Подол платья мешал Джульетт угнаться за отцом. Ирвин вырвался вперед, ухватился за поручни в конце вагона, запрыгнул на приступ и только тогда увидел их преследователей.
— Дай руку! — крикнул он.