— Что за капкан?
— Да силок это проволочный, — ответил Карл Бреннер. — В такой только сунь ногу, он затянется и аж до самой кости мясо перережет.
Точно, все так и вышло.
— И где это вас угораздило?
Отвернув лицо, чтобы не видеть манипуляций с его ногой, Скотт ответил:
— На той стороне болота, у старой мельницы…
— Мы Лин искали, — вмешался Карл, остро взглянув на брата.
Сомневаюсь. Я вообще-то знал, о чем речь. Манхэмская мельница, как и большинство прочих мельниц Большой Заводи, на самом деле была ветряным насосом и в свое время служила для осушения болот. Заброшенная уже несколько десятилетий, сейчас она стояла как пустая коробка, лишенная крыльев и каких-либо признаков жизни. Край глухой даже по местным понятиям, но для желающих поохотиться вдали от любопытных глаз лучше места не найти. Зная репутацию Бреннеров, я подумал, что именно эта причина, а вовсе не чувство общественного долга, заставила их в такое время слоняться по болотам. Вытирая рану, я задался вопросом, не нарвались ли они на один из собственных силков.
— Это не наш, — сказал Скотт, будто читая мои мысли.
— Скотт! — резко оборвал его брат.
— Говорю, не наш! Кто-то его под травой спрятал, на тропе. И он слишком велик для зайца или косули.
Это заявление было встречено всеобщим молчанием. Хотя полиция еще не подтвердила слухов, все знали про остатки проволочного силка, найденные в лесу, где исчезла Лин.
Вернулся Бен с аптечкой, и я как можно тщательнее продезинфицировал и перевязал рану.
— Держите ногу приподнятой и поскорее доставьте его в травмпункт, — сказал я Карлу.
Тот грубым рывком поднял брата на ноги и то ли потащил, то ли понес его к выходу. Я вымыл руки и вернулся к столику, где Дженни сторожила мое пиво.
— С ним все будет хорошо? — спросила она.
— Зависит от того, насколько повреждено сухожилие. Если повезет, у него останется только легкая хромота.
Она покачала головой.
— Господи, ну и денек!
Подошел Бен и вернул мне ключи от машины.
— Держи, пригодятся.
— Спасибо.
— Ну и что ты думаешь? Тебе это ничего не напоминает?
— Не знаю.
Но, как и всех остальных, меня томило дурное предчувствие.
— А почему это должно напоминать? — спросила Дженни. Бен немного растерялся, и тут до меня дошло, что они незнакомы.
— Бен, это Дженни. Она учительница, — сказал я.
Бен принял мои слова за разрешение продолжить.
— Потому что совпадений слишком много. Не то чтобы я сочувствую этим Бреннерам… Банда браконьерской свол… — Он запнулся, бросив взгляд на Дженни. — Короче, готов молить Бога, чтобы это было совпадением.
— Я вас что-то не понимаю…