– «Ключевая фигура в организации, созданной Исли Врапи, – французский адвокат по имени Жан Бабино». Он не говорит напрямую, что Бабино и есть новый лидер крупнейшей в мире организации по торговле оружием. Он ключевая фигура. Точно так же, как раньше, в свою бытность экономическим юристом, он часто представлял интересы всяких сомнительных дельцов. Выступал их ключевой фигурой.
Бергер нахмурил брови.
– А как его назвал Али Пачачи? – спросил он и себя, и Блум.
– Я пыталась вспомнить, – ответила Блум. – Мне кажется, он сказал: «Имя, которое мне удалось добыть, – Жан Бабино».
– Значит, он тоже напрямую не назвал Бабино лидером организации? Как все это понимать?
Блум пожала плечами.
– Возможно, это ничего не значит, – сказала она. – Бабино будет там со своей семьей, вероятнее всего, он будет вести аукцион, как это было в Австрии и Ирландии. Но вполне возможно, что он вовсе не главный босс.
– Интересно, – согласился Бергер. – Только для нас это ведь ничего не меняет. Что мы вообще будем со всем этим делать? Думаю, сначала следует принять главное решение. Будем ли мы привлекать СЭПО?
Блум вздохнула. Покачала головой.
– Если я правильно поняла эти видеозаписи, твоей основной задачей будет выманить Маркуса и Оскара из дома, где они будут жить. Скорее всего, это будет хостел, о котором говорил Пачачи. Ты должен связаться с близнецами, прибыть на остров Эйя и быть готовым их освободить. Хотя как именно это будет происходить, я понятия не имею.
– И Фрейю, – добавил Бергер.
– Ладно, – согласилась Блум. – Может быть, и ее. Хотя она сама принимала решение. В отличие от близнецов.
– Надо помнить, что весь остров превратится в осиное гнездо. Туда прибудет не только Бабино со своими телохранителями, но и представители различных террористических организаций и прочего дерьма. Там будет ИГИЛ, там будут эти чертовы русские.
– А Нильс Гундерсен – нет?
– Негласный король наемников? – язвительно сказал Бергер. – Третий кит павшего Триумвирата.
Блум почесала голову, поморщилась и сказала:
– В третьем фильме Стен говорит, что Карстена переманил Гундерсен, поручив ему вытянуть из Али Пачачи, где и когда состоится аукцион. Тут есть одно неприятное временное окно.
– Временное окно?
– Ты понимаешь, о чем я.
– Не совсем, – ответил Бергер.
– Суннерста, – сказала Блум.
– А, да.
– Да, между тем, как Дезире выстрелила в Карстена и тем, как он упал в реку. Он был ранен в бедро, кровотечение было настолько сильным, что можно предположить, что была задета артерия. Возможно, умирая, он просто шел вслепую, без определенной цели. А может быть и так, что он успел позвонить.
– Нильсу Гундерсену?
– Это тоже не сильно меняет наши исходные данные, – продолжала Блум. – Но это означает, что на Ландсорте может появиться еще один игрок. А именно Нильс Гундерсен.
– Интересно, нет ли случайно камер наблюдения вдоль дороги, по которой шел Карстен, – сказал Бергер. – Может, где-то рядом с мостом. Я попытаюсь поговорить об этом с Ди, она может заняться этим вопросом через свой отдел.
– На самом деле, ты, наверное, хотел сказать, что нам, возможно, не обойтись без СЭПО – или всех шведских вооруженных сил – для встречи как минимум с тремя представителями крупнейших торговцев оружием, предположительно хорошо охраняемыми?
Бергер моргнул. На самом деле он просто хотел сказать, что будет ужасно сложно встретиться с близнецами.
Даже если удастся каким-то образом связаться с ними.
– Стен говорит, что у него «есть лазейка». Думаю, он имел в виду, что знает, как выйти на Маркуса, Оскара или Фрейю.