— И почему же вы не можете их запомнить? — спросил лорд Питер, стоя на коврике у камина и с улыбкой глядя на своего гостя.
— Ну, — ответил молодой человек, — парни, которые экзаменуют, не задают вопросов, как это делаете вы.
— Не задают?
— Нет, они требуют, чтобы мы вспомнили все сами. А это зверски трудно. Абсолютно не за что ухватиться, чтобы вспомнить, разве вы не знаете? Но послушайте, как вы узнали, что Томми Прингл остряк и...
— Я и не знал, пока вы не сказали мне.
— Нет, я знаю. Но как вы узнали, что он был там, если вы спросили? Я хочу сказать... послушайте! — сказал мистер Пиггот, несколько размякший под воздействием на пищеварительный канал. — Послушайте, или вы слишком умный, или я слишком глупый?
— Нет, нет, — сказал лорд Питер, — я всегда задаю столько глупых вопросов, что все думают, будто я знаю больше, чем нужно.
— Не обращайте внимания, — сказал Паркер, успокаивая Пиггота, — он всегда такой и ничего с собой не может поделать. Это преждевременное старческое слабоумие, которое часто наблюдается в семьях наследственных законодателей. Знаете, Уимзи, сыграйте нам, пожалуйста, «Оперу нищих» или что-нибудь такое...
— Ну как, неплохо, а? — воскликнул лорд Питер, после того как счастливый мистер Пиггот после действительно великолепного вечера был отправлен домой.
— Боюсь, что так, — ответил Паркер. — Но ведь это просто невероятно.
— В человеческой натуре нет ничего невероятного, — возразил лорд Питер. — По крайней мере, в натуре образованных людей. У вас есть ордер на эксгумацию?
— Он будет у меня завтра. Я хотел сначала договориться о встрече с персоналом из работного дома завтра в полдень. Мне придется сначала встретиться с ними.
— Вы совершенно правы. А я дам знать моей матери.
— Я начинаю чувствовать то же, что и вы, Уимзи, — мне не нравится эта работа.
— А мне она теперь нравится гораздо больше, чем раньше.
— Вы действительно уверены, что мы не совершаем ошибки?
Лорд Питер прошел к окну. Портьеры не были полностью задернуты, он некоторое время рассматривал в щелку ярко освещенную площадь Пикадилли. Затем он отвернулся от окна.
— Если мы сейчас не уверены, — сказал он, — то завтра уж узнаем наверняка, и никому от этого не будет никакого вреда. И все же я думаю, что по дороге домой вы рискуете получить некоторую подтверждающую информацию. Послушайте, Паркер, на вашем месте я бы провел ночь здесь. У меня есть еще одна свободная спальня, я могу устроить вас без хлопот.
Паркер пристально посмотрел на него:
— Вы хотите сказать, есть вероятность, что на меня нападут?
— Я действительно считаю это очень вероятным.
— Вы увидели кого-нибудь на улице?
— Не сейчас, полчаса назад.
— Когда ушел Пиггот?
— Да.
— Послушайте, я надеюсь, что этот мальчик вне опасности.
— Именно поэтому я провожал его до двери. Не думаю, что ему угрожает опасность. Не думаю, чтобы кому-нибудь действительно могло прийти в голову, что мы и в самом деле превратили Пиггота в свидетеля. Но я думаю, что опасность угрожает вам и мне. Так вы остаетесь?
— Черта с два, Уимзи. Почему я должен прятаться?
— Господи, Паркер! — воскликнул Питер. — Похоже, вы все еще не уверены в том, что я вышел на верную дорогу. Что ж, идите с Богом, но не говорите после, что я вас не предупреждал.
— Не буду. Прежде чем испустить последний вздох, я продиктую записку, в которой признаюсь, что был не прав.