— А я смотрел. Ветер был юго-восточный. Ваш брат находился не более чем в миле от южного берега. Мистер Эли в это время стоял на севере от пляжа Саунд, практически по направлению ветра. Итак, каким образом могли воздушные змеи Эли с ветром долететь до вашего брата и тем более так сильно его побеспокоить?
Колтон покачал головой.
— Более того, — продолжил репортер, — когда кобыла понеслась навстречу своей смерти, она бежала прямо против ветра. Так что никакие не змеи ее встревожили.
— Справедливо. Но тем не менее я не вижу ни одной причины, по которой Эли не мог вдруг перейти мыс и пустить своих змеев со стороны океана.
— Вот что я выписал из его ежедневника за ту ночь: «17 сент. Показатели температуры в норме. Воздушные потоки флуктуируют. Пролетел от холма 1–4 мили от Саунда. Змеи движутся к северу, прямо над Саундом. Сложенные змеи в 9:30» (время, когда ваш брат переживал необычные события в двух милях от того места). «Результаты неудовлетворительные». Теперь достаточно убедительно?
— Да, кажется так.
— Это так и есть. Теперь о самом аэрологе. Что послужило причиной его смерти?
— Либо ножевое ранение, либо проломленный череп.
— Череп был сильно поврежден?
— Да, и правая рука вместе с плечом были переломаны.
— Из-за чего?
— Я думаю так: Уолли, обуянный желанием убивать, подползает к бедолаге-ученому; Эли замечает его и бросается в кусты, чтобы укрыться, но нож Уолли оказывается быстрее. Затем жонглер, движимый маниакальным возбуждением, добивает жертву тяжелой дубинкой.
— А затем подбирает тело и швыряет в то место, где вы потом его обнаружили? — предположил концовку репортер.
— Что вы имеете в виду? Никто не может так далеко бросить чье-то тело.
— Пусть это мнение останется при мне.
— Нет, — задумчиво произнес Дик. — Должно быть Уолли дотащил тело то до того места, где мы его нашли.
— Но зачем?
— Может он думал, что так лучше его спрячет. А может вообще без причин. Причина вообще штука второстепенная для сумасшедшего убийцы.
— Но даже сумасшедший убийца оставляет за собой следы как любой другой обычный человек, а дотошный Хейнс таковых не обнаружил. Ни одна веточка в кустах не была сломана на пути к тому месту, где вы нашли тело.
— К чему вы клоните? — спросил Колтон.
— Ну, — задумчиво ответил репортер, — смерть Эли кажется мне самой загадочной частью всей этой серии преступлений. А как правило, очень часто самые странные и необъяснимые явления помогают найти ключ к разгадке сложной проблемы.
— И вы его нашли?
— Я думал о другой возможной причине описанных вами переломов. Могли ли они произойти в результате падения?
— Только если падение произошло с высоты. А как он мог упасть с высоты?
— Вот это мне как раз и хотелось бы знать, — сказал Элдон Смит. — Кусты, в которых вы обнаружили тело, очень сильно повреждены и примяты — слишком сильно для простого падения человека сверху.
Вдруг Колтона осенило.
— Так вот зачем Хейнс упал на куст! — воскликнул он.
— Это было мудро. А после он случайно не встал на четвереньки?
— Встал, — сказал доктор. — А зачем он это сделал?
— Чтобы изучить углубление в земле под кустом, в которое идеально помещалась верхняя часть человеческого туловища, будто Эли падал туда вниз головой.