MoreKnig.org

Избранные произведения в одном томе: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Мур Кэтрин



Шрифт:

И одновременно росла и набирала силу та часть его сущности, которая имела что-то общее с их преследователем. Вскоре она уже так разрослась, что только хватка волчицы удерживала Смита от того, чтобы поддаться искушению, и даже равнина вокруг постепенно перестала существовать для него, осталась лишь серая пустота. И он бежал сквозь эту серую пустоту, зная, что она каким-то образом замыкается сама на себя, поэтому они бегут по кругу, и если не останавливаться, то в конце концов они окажутся позади преследователя и с разбегу влетят в эту невидимую вязкую топь. И все же Смит не мог заставить себя бежать медленнее, ведь тогда она непременно настигла бы его сзади. Так он и мчался, словно в колесе: ужас впереди, ужас позади, никакой возможности остановиться и никакой надежды убежать.

Время от времени на краткий миг перед ним снова мелькали пустоши, но словно в тумане и зачастую под странным углом. Иногда ни с того ни с сего земля под ногами резко шла под уклон, хотя равнина была плоской. Однажды прямо впереди замаячило озерцо, стоявшее почти вертикально, словно черная дверь, в другой раз — кусок пейзажа навис над головой, будто отраженный в громадном зеркале. Несколько раз Смит и волчица, задыхаясь, бежали вверх, словно поднимаясь в гору, причем довольно крутую. Несколько раз, едва не падая, скатывались с еще более крутых склонов. Однако на самом деле — Смит в этом ни мгновения не сомневался — они бежали все по той же плоской, однообразной пустоши.

А потом вокруг снова проступили полупрозрачные башни и стены, давно оставленные позади, — похоже, беглецы действительно описали круг. Теперь мрачные силуэты зданий вновь нависли у них над головами — угрюмые, высокие. Смит бежал среди туманных дворцов по знакомым уже мраморным мостовым, и его охватывало отчаяние — тщетно, все тщетно, им не уйти.

Сколько бы ни менялся мир вокруг, преследователь никуда не исчезал — он постоянно был на несколько шагов позади и хватал за ноги, стоило замедлить бег. Смит начал понимать, что невидимое Нечто могло бы без труда захлестнуть их, но по какой-то причине медлит. Возможно, ждет, чтобы они описали полный крут, как он предполагал, и с разбега влетели прямо в то, от чего пытались спастись. Он бежал не прочь, а навстречу опасности.

Расплывчатые силуэты зданий пролетали мимо. Женщина тоже превратилась в нечто туманное, неясное, исчезающее. Просто некто, бегущий рядом во весь дух, товарищ по несчастью, мчащийся прочь от той же угрозы — и навстречу этой угрозе. Теперь волчица казалась эфемерной, будто сон. Да Смит и сам себе казался ненастоящим — призрак, бегущий рука об руку с другим призраком по призрачному городу. И все вокруг тоже медленно растворялось в пустоте — все, кроме невидимой, но такой реальной опасности, преследующей по пятам. Они бежали, словно духи-изгнанники.

И чем больше растворялась в пустоте реальность, тем более плотным, настоящим становился город. Трава, деревья, пустоши становились полупрозрачными, таяли и исчезали, будто полузабытый сон, а башни, еще недавно дрожавшие, будто марево, все четче вырисовывались на фоне неба и постепенно снизу, от земли, наполнялись красками, как если бы живительные соки бежали вверх по камням. И вот уже город возвышается вокруг беглецов, а призраки деревьев проступают сквозь твердые стены особняков, призрак травы колышется на мраморных плитах мостовых. Реальный мир, отступив под натиском морока, стал зыбким, как мираж.

Древняя, забытая архитектура города была для глаз Смита совершенно чужой и фантастической. Мужчины, одетые в латы, шагали по улицам, погружая закованные в сталь ноги в призрачную траву, которой, похоже, вовсе не замечали. Женщины тоже были в доспехах и при оружии: их облегали кольчуги невероятно тонкой работы, будто одеяния из серебристой парчи, на поясах покачивались мечи. Все эти люди куда-то спешили, тревога и сосредоточенность застыли на их лицах, но была в их мельтешении какая-то неуверенность… Казалось, их заставляет двигаться нечто со стороны и они подчиняются его командам, как марионетки, сами того не сознавая.

И сквозь эту деловитую толпу, мимо диковинных разноцветных башен, по призрачной траве, растущей сквозь плиты мостовых, мчались, будто привидения, двое волков-оборотней, он и она. Здесь они сами стали тенями. Бесплотными духами летели они сквозь толпу, и никто не замечал их. И невидимая смерть обволакивала их ступни, стоило беглецам хоть на мгновение замешкаться. Подстрекавшее их прежде искушение остановиться и обернуться, теперь гнало их вперед, оба уже понимали: они бегут по кругу навстречу тому, что дышит им в спины. Однако у них не хватало мужества остановиться и позволить тому, что катится следом, настигнуть их.

И все же в конце концов они остановились. Женщина к тому времени совершенно обессилела и двигалась лишь потому, что Смит тащил ее за собой. Словно привидение, гонимое ветром, бежала она — не сопротивляясь, не ропща, не надеясь. Но дух Смита сломить было не так легко. И что-то опять подталкивало его обернуться, и это было вовсе не то желание остановиться и отдаться на волю невидимой стихии, которое было раньше. Возможно, ему чисто по-человечески не нравилось то, что его гонят, как дичь, возможно, дело было в том, что Смиту вообще претило убегать, как и быть убитым в спину. Даже загнанная в угол крыса оборачивается. Если опасности не избежать, лучше встретить ее лицом к лицу — древнее правило, известное каждому живому существу, способному сражаться. Это правило было у Смита в крови. И если ему суждено умереть, он хотел умереть, сражаясь, а не убегая. И следовало поторопиться, ибо финал был не за горами. Он чувствовал это благодаря какому-то инстинкту, более мощному, чем ужас, гнавший их вперед.

И вот, не обращая внимания на толпу вооруженных людей, суетившихся вокруг, он крепче сжал руку своей спутницы и замедлил бег. Преодолеть желание бежать и бежать оказалось нелегко, почти необоримая паника вновь охватила Смита в ожидании мига, когда липкие, вязкие волны сомкнутся вокруг его ног. Он увидел в стороне призрачное дерево, растущее сквозь стену особняка, и поспешил туда. Эта зыбкая тень защитит его спину надежнее, чем все здания вокруг, такие прочные на вид, но не существующие в действительности. Смит встал, обернулся и расправил плечи, вцепившись мертвой хваткой в руку женщины, — волчица подвывала, скулила и рвалась бежать прочь. Люди в кольчугах суетились вокруг, не замечая их.

Очень скоро Смит почувствовал то, чего ждал, — легкие обволакивающие волны лизнули пальцы его ног. Все его эфемерное тело пробрала дрожь, но он стоял как скала, удерживая вырывающуюся волчицу, а вязкое Нечто сомкнулось вокруг его ступней, поднялось до щиколоток, до голеней и дальше…

Некоторое время Смит просто стоял, и, по мере того как волны захлестывали его все выше, разрастался удушающий комок ужаса в горле. Безумных метаний волчицы Смит почти не замечал. А потом новый дух противоречия проснулся в нем. Если уж умирать — то не убегая от опасности, но и не парализованным от ужаса. Нет, только сражаясь что есть силы, по возможности подороже продав свою жизнь. Смит набрал полную грудь воздуха и двинулся вперед, в дрожащую, как студень, невидимую массу, которая поднялась ему уже почти до пояса. За ним, спотыкаясь и упираясь, тащилась волчица.

Смит пробивался вперед. Невидимая масса поднималась вокруг очень быстро, скоро он уже увяз по плечи, потом «студень» коснулся его подбородка, плотно сомкнутых губ, запечатал ноздри… сомкнулся над головой.

Двигаясь невыносимо медленно, как в кошмарном сне, Смит шел по дну невидимого океана. Каждый шаг стоил огромных усилий, словно приходилось еще и преодолевать течение, студенистая масса засасывала, как трясина. Смит почти забыл о женщине, которую тащил за собой. Он совершенно забыл о красочном городе и торопливых прохожих в сверкающих доспехах. Безразличный ко всему, кроме прочно въевшейся привычки идти вперед не останавливаясь, он медленно переставлял ноги, преодолевая течение. И вдруг почувствовал, что странное невидимое нечто проникло в него, просочившись между частицами его эфемерного существа. Он чувствовал, как оно проникает и как что-то меняется в нем, но не мог ухватить суть этих изменений, понять, что происходит с ним. Что-то толкало его вперед, заставляло идти, не сдаваться — и он шел, невзирая на то что в голове вихрем проносились самые невероятные догадки, а его сущность пропитывалась невидимой субстанцией, накрывшей его с головой.

Спустя какое-то время эта субстанция стала видимой, оставшись совершенно прозрачной, — теперь, когда Смит смотрел сквозь нее, пейзаж за пределами потока казался слегка подернутым дымкой. Город с его дворцами и разодетыми в кольчуги жителями слегка подрагивал, искаженный колебаниями «студня». Все дрожало, мутнело и менялось. Даже тело Смита больше не подчинялось ему безоговорочно, словно грозило вот-вот превратиться в нечто чуждое. В голове у него помутилось, только голос инстинкта, требующий не сдаваться без боя, звучал по-прежнему чисто. Смит пробивался вперед.

Город снова начал таять, его обитатели понемногу сливались с серой пустотой. Но призрачные деревья и трава не обрели от этого плоть — напротив, они стали еще более призрачными. Казалось, с каждым шагом Смит все больше удаляется от материального мира, оставляя позади все плотное, вещественное.

Действительность поблекла, выцвела почти совершенно, и даже город-мираж медленно таял, уступая место серому ничто. И Смит упрямо брел сквозь это серое ничто против течения, которое грозило стереть из реальности его самого, свести на нет.

Порой на какое-то время он переставал существовать, сливаясь с пустотой. Нет, он не терял сознания. Просто растворялся в полном, абсолютном счастье и совершенстве. Когда оно отступало, Смит продолжал бороться, чувствуя, как его тело медленно, неуклонно превращается в нечто иное, а во что — он по-прежнему не мог понять.

Так он шел целую вечность — сквозь бесконечную серость, сквозь вяжущее желе, сквозь тьму небытия, сквозь проблески почти нормального мира… Смит чувствовал, что идет не по прямой, а петляет и кружит и проходит по таким местам, для которых нет названия. Внутренний хронометр остановился. Смит ничего не видел и не слышал, ничего не чувствовал, ощущал только страшные усилия, которые приходилось прилагать всякий раз, чтобы переставить ногу. Это требовало такого напряжения, что он радовался провалам в небытие, когда переставал не только сознавать происходящее, но и существовать. Однако слепой инстинкт заставлял его идти вперед — упрямо, безостановочно.

Наконец провалы стали происходить очень часто, преображение эфемерного тела Смита почти завершилось, и лишь в краткие мгновения просветления он сознавал себя. А потом ни с того ни с сего напряжение вдруг пошло на спад. Мгновение тянулось и тянулось, а Смит по-прежнему знал, кто он такой, чувствовал, что он идет, преодолевая невидимое течение, и тащит за собой почти потерявшую сознание женщину-волчицу. Ясность этого осознания ошеломила его. Он не сразу понял, в чем дело, потом его осенило: его голова и плечи оказались над поверхностью вязкого потока. Он мог свободно дышать! Смит понятия не имел, что произошло, но он вырвался!

Серое ничто исчезло — вокруг простиралась равнина, тут и там виднелись низкорослые деревья и приземистые богатые дома с колоннами, не похожие ни на что из того, что ему доводилось видеть. Прямо впереди начиналась ложбина, окаймленная деревьями, и в ней, возле огромного валуна, стояла чуть косо каменная плита высотой в человеческий рост. На плите был высечен символ, не поддающийся описанию. Он не имел ничего общего с символами известных Смиту письменностей. Он был совершенно не похож на любые знаки, которые когда-либо использовали люди, трудно было поверить, что он вообще имеет отношение к письменности, что его могла начертать человеческая рука. И все же было в нем нечто знакомое, и Смит не стал гадать о том, что это за знак, — просто принял его как есть. Он чувствовал некое родство с ним.

Воздух между Смитом и вкопанной в землю плитой морщился и шел волнами. Потоки невидимого «студня» исходили оттуда, вздымаясь все выше по мере того, как удалялись от камня. Смит шел вперед, и радость переполняла его — теперь он знал разгадку. Чем ближе он подходил к камню, тем больше слабело сопротивление вязкого потока. Студенистые волны соскользнули с его плеч и стали опускаться ниже. Теперь Смит видел — желеобразное Нечто истекало из символа на каменной плите. И он направился туда. Он уже почти знал, что будет делать.

За спиной ахнули и часто задышали. Смит обернулся — волчица ошеломленно таращилась на него, словно только что очнулась; ее нагое тело белело сквозь полупрозрачную жижу. Она явно не помнила, что с ними произошло. В ее горящих зеленых глазах не было ни капли понимания, как у человека, бесцеремонно разбуженного среди ночи.

Вязкие волны опустились до пояса, и Смит двинулся к цели быстрее. Он уже выиграл эту битву. Он больше не боялся, хотя по-прежнему не знал, какого врага одолел и что за кошмарная участь была уготована им. Смит знал, что должен сделать, и с остервенением пробивался к каменной плите.

Когда он подошел к плите, невидимая река по-прежнему была ему по пояс. Смит на мгновение испугался, что не сможет остановиться, что ему придется погрузиться в плиту, в высеченный на ней безымянный символ, от которого исходило всепоглощающее Нечто. Однако, удвоив усилия, Смиту удалось развернуться поперек потока и после недолгой, но отчаянной борьбы с наваждением вырваться наконец на свободу.

Это было все равно что вдруг стать почти невесомым. От облегчения Смиту казалось, что ноги его едва касаются земли, но праздновать победу было еще не время. Он целенаправленно шагнул к камню.

Тем временем волчица тоже выбралась из потока. Увидев, куда направляется Смит, она вскинула руки и протестующе закричала. От неожиданности Смит отпрыгнул в сторону, испугавшись неведомой новой опасности. Убедившись, что ничего страшного не происходит, он удивленно посмотрел на женщину и снова шагнул к камню.

Волчица стрелой метнулась к нему, налетела со спины, отчаянно обхватила за плечи холодными руками и попыталась оттащить прочь. Смит сердито оглянулся на нее и нетерпеливо передернул плечами. Он вцепился в плиту и потянул. Камень немного подался. Увидев это, волчица снова пронзительно закричала, ее руки обвили Смита, будто пара змей.

Она была очень сильная. Ему пришлось прервать свое занятие, чтобы избавиться от ее хватки. Лишь собрав все силы, Смиту удалось разомкнуть ее объятия. Сбросив оковы ее рук, он оттолкнул женщину прочь. Она упала и откатилась в сторону, и Смит проводил ее озадаченным взглядом бесцветных глаз. Почему она не дает ему разрушить источник вязкого «студня», если сама так боялась этой невидимой напасти? Смит не сомневался, хотя и не мог бы ответить почему, что, если разбить камень и уничтожить символ, зловещий поток сойдет на нет. Женщина вела себя непонятно. Он пожал плечами, выбросил из головы эти мысли и повернулся к камню.

На сей раз она прыгнула на него, словно настоящая волчица — яростно, с низким горловым рычанием, стараясь вонзить пальцы в плоть, будто когти. Ее клыки клацнули возле его шеи, промахнувшись лишь на волос. Смиту стоило огромных усилий освободиться — волчица сражалась отчаянно, ее мышцы были как стальные канаты. Сбросив ее с себя, он обхватил ее за плечи и встряхнул. Это не помогло, и Смит, стиснув зубы, ударил ее кулаком в лицо, разбив губы в кровь. Женщина коротко и резко вскрикнула и осела к его ногам бесформенной грудой белой плоти, укрытой покрывалом черных волос.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
В процессе обновления! – Разбег в неизвестность 2.0
В процессе обновления! – Разбег в неизвестность 2.0
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Миновал первоначальный шок, охвативший Петра Воронова после его «провала» из 2010 года в прошлое СССР… Тяжёлое колесо истории перескочило на рельсы новой реальности, и какой она будет — уже никто не
0
Пламенев. Книга 16
Пламенев. Книга 16
[Бояръ-Аниме / Самиздат / Классическое фэнтези]
Я провел в добровольной изоляции четыре долгих года, ни разу не позволив себе сон или отдых, но, выйдя, понял, что сна и отдыха ждать не стоит еще очень долго. Преследование Коллегии, возвращение
0
Аппетитная проблема
Аппетитная проблема
[Эротика, Секс / Короткие любовные романы]
Я хозяйка собственной кондитерской — горжусь ею и не терплю, когда кто-то лезет в мои дела. Но однажды всё переворачивается: ресторан получает совладельца, которым оказывается Даниил Громов,
0
Боря, я Ваша навеки
Боря, я Ваша навеки
[Короткие любовные романы]
Военнослужащий, приехавший на побывку, и рыжая девушка с крутым характером. Ещё и бычок Борька, и бабушка, которая уже мысленно сыграла свадьбу. Завязка для деревенского романа в летнюю пору! Борис
0
Босс мафии. (Не) законная любовь
Босс мафии. (Не) законная любовь
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Я никогда не думала, что однажды окажусь в логове самого опасного человека города. Но судьба распорядилась иначе, теперь я играю в смертельную игру с боссом мафии, где ставка — моя жизнь. Под
0
Бывшая жена генерала драконов
Бывшая жена генерала драконов
[Эротика, Секс / Любовная фантастика]
Я потратила пять лет, по капле отдавая дар, чтобы вылечивать раны Итана Вейлара — прославленного золотого генерала. А в день годовщины он привёл в опочивальню мою кузину и кинул мне в лицо бумаги о
0
Деревенская фифа для подлого кавказца. Соседи по сексу
Деревенская фифа для подлого кавказца. Соседи по сексу
[Эротика, Секс / Короткие любовные романы]
Я представился: «Давид». А её спросил, как звать такую шикарную Красную Шапочку. Ответ: «Для вас я Василиса Николаевна, коварный оккупант!» Королёвой от бабушки достались клюквенный амбар, курицы
0
Измена. Отпусти любовь
Измена. Отпусти любовь
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Вот уже год я застряла между опостылевшим браком и человеком, который дарит мне призрачную радость. Я так глубоко увязла в собственном вранье, что не нахожу выхода. Хуже того — в эту яму я стащила и
0
Где дьявол преклоняет колени
Где дьявол преклоняет колени
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Триллер]
Элара Хейл унаследовала полуразрушенное поместье, чтобы начать заново. Но дом хранит тайны, которые не отпускают: скрытые проходы в стенах, исчезнувшая семья Мерриков, люди, пропадающие в городе.
0
Клятва по крови. Я не умею любить
Клятва по крови. Я не умею любить
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Меня отдали Аресу Костровскому, чтобы пушки замолчали. Он стоит во главе криминального мира, и его трепещут даже заправские головорезы. Я же ненавижу его сильнее всех: именно он виновен в гибели
0
Ледяной отец подруги
Ледяной отец подруги
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Яся — восемнадцать, и всё, что у неё есть, это чемодан из кожзама, запах пыльной глубинки и мамин наказ: «Ты у меня огонь, Ярослава». Впереди — равнодушный громадный мегаполис, холодная соседка по
0
По эту сторону рая
По эту сторону рая
[Классическая проза]
Первый, носящий автобиографические черты роман великого Фицджеральда. Книга, ставшая манифестом для американской молодежи "джазовой эры". У этих юношей и девушек не осталось идеалов, они доверяют
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
8
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
23
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Три имени
Три имени
[Детективы / Городское фэнтези / Мистика]
Создано с помощью нейросети. *** В отдел приходит дворник и пишет явку с повинной. В ней три фамилии, три адреса и одна странность: все трое живы. Литвину шестьдесят лет, он двадцать лет
0
Танец на вулкане. Из дневников 1911–1933 годов
Танец на вулкане. Из дневников 1911–1933 годов
[Биографии и Мемуары / Публицистика]
Гарри Кесслер (1868-1937) – сын богатейшего гамбургского банкира, светский лев, эстет и меценат, прозванный «красным графом». Близкий друг Ратенау и Штреземана, лично знавший Ницше и Бисмарка,
0
Восток, дело тонкое
Восток, дело тонкое
[Современные любовные романы]
Лена не ждала, что курорт в Турции обернётся похищением. А её спасителем окажется мужчина, за которым она уже два года замуж не зная об этом. Мир Томаев — программист из ОБЭП, мусульманин и
0
Затаившийся Дракон
Затаившийся Дракон
[Боевое фэнтези / Книги про волшебников]
В мире, где сильный пожирает слабого, Мин родился слабым. Талант определяет судьбу, и тот, кому не хватило дара, становится прислугой для тех, кому хватило. Мин и есть такая прислуга. Подмастерье,
5
Жертва и другие
Жертва и другие
[Полицейский детектив / Криминальный детектив]
Легендарный детективный тандем Леонов — Макеев. В провинциальном городе обнаружен труп молодой женщины. Она была застрелена из пистолета, лицо обезображено, голова обрита и прикрыта париком. Из
0
Альфа. Порочный плен
Альфа. Порочный плен
[Эротика, Секс / Любовная фантастика]
Он тут! Альфа. Демид Астахов… будь он проклят… Поворачиваюсь к залу и, наверное, в сотый раз за последний час бросаю взгляд в сторону диванов. На его коленях в подобие танца извивается Арина.
0
Двойная жизнь попаданки
Двойная жизнь попаданки
[Эротика, Секс / Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Днем я добропорядочная гражданка Перекрестка, владелица клинингового агентства «Золушка». А по ночам… лучше вам со мной не пересекаться. Отшлепаю! В тексте будут — попаданка — маг — очень откровенно
0
Чернокнижник 1
Чернокнижник 1
[Попаданцы / Книги про волшебников / Альтернативная история]
Темный маг некромант проиграв битву с Силами Света, вынужден бежать из своего мира. В результате попадает на Землю XXI века в нашу, а может быть, не совсем нашу реальность. Что из этого получилось,
4
Вечера на хуторе близ Диканьки. Миргород
Вечера на хуторе близ Диканьки. Миргород
[Юмористическая проза / Старинная литература: прочее / Русская классическая проза / Ужасы]
О чем Произведения, которые ввели Гоголя в большую литературу и сформировали канонический образ Малороссии для многих поколений русских читателей. О серии «Главные книги русской литературы» —
1
Варвар. Том 2
Варвар. Том 2
[Боевое фэнтези / Книги про волшебников]
Мое имя Эльдорн, и я родом из Северных племен. Меня привезли в столицу в клетке — как дикого зверя. Для боёв на арене на потеху толпе. Трибуны забиты до отказа. Имперцы ждут, что «северный дикарь»
3
Незаконченная жизнь. Сокол
Незаконченная жизнь. Сокол
[Современные любовные романы / Любовные детективы / Самиздат]
Чёрный «Мерседес» GLE на высокой подвеске вырулил из-за кафе и остановился в десяти метрах от группы. Двигатель ещё не успел заглохнуть, когда дверь с пассажирской стороны распахнулась. Из машины
2
Путешествие на ночь глядя
Путешествие на ночь глядя
[Детективная фантастика / Ужасы / Социальная фантастика]
Начало двадцатого века. Эпоха противоречий. Принять новое время и отказаться от своих привычек – для многих это оказывается невозможным. В модном и загадочном отеле «Гранд Нуар» совершается убийство
0