– Нет, какой криминал! Спросите у него сами!
Рыжик кое-как объяснил, что всё в порядке, всё о’кей, ноу криминал, просто паспорт потерял. Это немного успокоило психов.
А Кока вытащил полгорошины и отсыпал две тонкие дорожки.
– Давай! – Втянул свою порцию, немного успокоился и только тогда вспомнил, что он уже два часа не выходил на стрелку к Барану, чтобы ехать в Германию. Только ехать вдруг расхотелось. С такими деньгами, как у него, и здесь можно “лесенку” сделать. Снять номер и там переломаться… “Нет, тут не выдержу, вылезу, возьму дурь. Поеду, как задумал. Денег прибавилось. Нугзар подкинул, перед уходом ещё добавил, итого восемьсот гульденов. Можно взять отравы на пятьсот гульденов, а остальное отдать фрау Воль, пока мать не пришлёт ещё…”
Третий час плавающей стрелки наступал через 30 минут. Время ещё было. Кока по дороге в Ёпин туалет в темноте наткнулся на чемодан.
– Рыжик, забирай на хрен с дороги свой багаж! Я скоро по делам пойду! Да не бойся, это люди тихие, тебя не обидят, не бандосы, как Сатана…
Психи разбрелись. Ёп пошёл готовить для Арчи кушетку, снимать с неё годовые подписки газет, а Лудо прикидывал, где взять ещё матрас.
– А возьми тот, что у меня, – напомнил Кока, надевая куртку. – Я, может, вообще у друзей сегодня останусь! Я позвоню. За Арчи не беспокойся – он травоядный, как мы.
Это успокоило Лудо.
– О’кей, пусть у Ёпа поспит три ночи! Шестьсот гульденов на улице не валяются. А эти типы?.. Тоже вежливые, только громила много что-то орал…
– Он всегда такой. Южане вообще громкие, орут всё время.
Покурив расходной косяк, психи немного поцапались. Ёп утверждал, что змеи произошли из ящериц, а Лудо кипятился:
– Как это понять? Вот бегает ящерица, и вдруг у неё начинают отваливаться лапы, тело удлиняется, число позвонков возрастает до четырёхсот, уши и веки почему-то исчезают, зрение падает, заменяется какими-то термолокаторами. Словом, ящерица превращается в урода-инвалида! И это называется эволюция? Это же чистый декаданс! А почему у крокодилов всё это не отмерло? Может быть, ещё скажешь, что анаконда произошла из крокодила? Стой! – вдруг застыл Лудо. – У меня родилась идея! Надо отлить в бронзе не эволюцию, а деградацию после атомной войны! Человек – обезьяна – четвероногие – змеи – и последний жук наполовину зарылся в землю! А?
Ёп кивнул:
– Хомо сапиенсу пора освободить Землю от своего гнетущего присутствия! – А Лудо поддакнул, разгляживая рукой купюры:
– Деградация хомо сапиенса началась с момента изобретения огнестельного оружия. Раньше только сильные и смелые могли убивать в бою копьями и мечами, а теперь всякие – и хилые, и слабые, и доходяги, и коротышки, которые и есть самые злобные и опасные из-за своих комплексов, могут нажимать курки и запалы!
Кока понял, что вечер будет тихий. И ему пора идти. Баран, наверно, ждёт, если, конечно, вообще приедет – ожидать можно чего угодно. Поколебавшись, брать ли свою сумку с жалкими пожитками из подвала, решил идти налегке, а по дороге думал, что криминал – это всегда нахрап, напор, набег, наскок, настырность, наглость и наплевательство на всех, всё и вся, кроме себя.
16. Простота простаты
Когда Кока подошёл к месту стрелки, чёрный джип уже стоял. Из окна выглядывал Баран. Лузгал семечки, плевал на мостовую.
– Гдей тебя носит? Мы уже прошлую штунду[98] здеся были, тебя нетуси.
Рядом с ним расположился незнакомый светловолосый скуластый тип в спортивной пижаме с надписью “СССР”.
“Ясно, свой, совок. Кто ещё будет у Барана в машине?”
– Залезай, чего стоишь!
Джип был высокий. В салоне пахло новой машиной.
Кока с трудом взгромоздился на заднее сиденье.
– Привет. Меня зовут Кока!
Светловолосый протянул вялую руку, без пожатия прогнусавил:
– Виля! Мы раз, кажись, виделись? – Он внимательно уставился на Коку (сам вида анемичного, пробор посреди головы, как у официантов в старых фильмах).
– Да, в Роттер вместе ездили, лекарство брать, – узнал его Кока.
– Верняк! И я помню! На моя машина ж фаровали[99]? – вступил Баран и завёл мотор. – Ну чего? Двинули нах Дойчланд[100]? К Ойгену сперва!
[98] От Stunde – час (нем.).
[99] От fahren – ездить (нем.).
[100] От nach Deutschland – в Германию (нем.).