— В таком случае скажи мне, кто живет в домике, находящемся против твоего кабачка?
— Старуха.
— Она живет одна?
— Нет, с племянником; только этого молодого человека сейчас нет дома.
— Значит, старуха там совсем одна?
— Нет, там живет еще одна женщина.
— Какова она собою?
— Она молода, высока ростом, черноволоса и очень красива. «Это Сарра!» — подумал Рене и, отойдя от буфета, обратился к рейтару:
— Итак, друг мой, ты помнишь, о чем мы говорили с тобой?
— Помню, — ответил тот. — Мы говорили о том, что, если я буду беспрекословно слушаться вас, я могу заработать много денег.
— Да, это так! Но ты, должно быть, знаешь, что за пустяки денег не платят?
— О, я готов сделать что угодно, лишь бы мне удалось получить столько денег, сколько мне нужно для возвращения на родину.
— Даже если я потребую от тебя, чтобы ты убил кого-нибудь?
— В этом мое ремесло. Воина не приучает нас к жалостливости.
— Но на войне не убивают женщин, а здесь это может случиться!
— И на войне всякое бывает.
— Значит, ты готов убить даже женщину, если это понадобится?
— Если за это заплатят, так отчего же не сделать этого!
— Я насыплю тебе полную каску золота!
— Вот-то хорошенький домик куплю я себе на родине! воскликнул рейтар.
— Значит, получив деньги, ты сейчас же уедешь к себе в Германию?
— Ну еще бы. Что мне здесь делать? Ведь я только потому и служу на чужбине, что хочу прикопить денег и зажить в довольстве у себя на родине.
— В таком случае мы столкуемся. Пойдем! — сказал Рене и повел рейтара прямо в дом к тетке Вильгельма Верконсина.
Калитка была незаперта, и они беспрепятственно прошли в кухню, где сидела старуха.
Увидев вооруженных людей, она вскрикнула, но Рене поспешил успокоить ее, сказав:
— Не бойтесь, добрая женщина, мы — друзья! Подойдите поближе и скажите нам: ведь ты — тетка Вильгельма? Старуха ответила:
— Да, но его нет дома.
— Я знаю, он — в Париже; мы видели его там. Эти слова окончательно успокоили старуху, и она с любопытством спросила:
— Кто же вы такие?
Рене наклонился к самому уху старухи и таинственно шепнул: