— Стало быть, он вернул вам долг?
В голосе Монка невольно прозвучала нотка торжества.
— Я не утверждал, что он когда-либо брал у меня в долг.
— А если так, то зачем вы наняли двух громил, которые обманным путем проникли в его квартиру и перевернули ее вверх дном? Между прочим, они прихватили столовое серебро и безделушки! — Монк ощутил восторг, заметив, что ростовщик вздрогнул. — Неуклюже сработано, мистер Уигтайт. Неужели нельзя было подыскать исполнителей почестнее? Или поумнее хотя бы! Кто же ворует по мелочам в таких случаях! За крадеными вещами довольно легко проследить.
— Так вы из полиции? — злобно спросил Уигтайт.
— Совершенно верно.
— Я не нанимал воров!
Уигтайт оборонялся, пытаясь выиграть время и собраться с мыслями. Монк ясно это видел.
— Вы наняли сборщиков долгов, которые повели себя, как воры, — немедленно ответил он. — Закон в данном случае не видит особой разницы.
— Конечно, я нанимаю сборщиков, — согласился Уигтайт. — Не могу же я сам гоняться по улице за каждым своим должником!
— Как часто вы посылаете сборщиков с фальшивыми полицейскими удостоверениями к должникам, которых вы предварительно убили?
И без того скудный румянец покинул лицо Уигтайта окончательно; теперь оно было бледно-серым, как рыбья кожа. Монку даже подумалось на миг: не приключится ли сейчас с ростовщиком обморок? Впрочем, сочувствия к жертве он не испытывал.
Лишь через несколько секунд Уигтайт обрел дар речи.
— Убил? — Слово прозвучало глухо и бессмысленно. — Клянусь могилой матери, я не имею к этому никакого отношения. При чем здесь я? Зачем мне это было надо? Какое безумие! Вы сумасшедший.
— Затем, что вы — ростовщик, — заявил Монк, вкладывая в это слово весь свой гнев и презрение. — А ростовщики не могут допустить, чтобы кто-нибудь не платил им долги. — Он угрожающе подался вперед, но Уигтайт не отшатнулся и по-прежнему сидел недвижно. — Все ваше дело развалится, если хоть один не заплатит, — процедил Монк. — Его примеру тут же последуют другие. Поэтому лучше отправить упрямца на тот свет, чтобы остальные испугались и раскошелились, а?
— Да не убивал я его!
Уигтайт был напуган не столько даже самим обвинением, сколько ненавистью Монка. Он не понимал, чем заслужил ее.
— Но вы подослали к нему убийц! Разве это не одно и то же? — настаивал Монк.
— Нет! Какой смысл?! — В голосе Уигтайта, лаская слух Монка, прорезалась высокая жалобная нотка. — Ладно! — Он поднял жирные мягкие руки. — Я послал их посмотреть, не хранил ли Грей расписки о погашении долга. Я знал, что его убили, и мне просто не хотелось быть замешанным в это дело. Вот и все, клянусь вам! — Пот, выступивший на его лице, сиял в мягком свете газовых ламп. — Он вернул мне долг! Матерь Божья, да там всего-то было пятьдесят фунтов! Вы, что же, думаете, я подослал бы убийц к должнику из-за пятидесяти фунтов? Да это было бы безумием! Они бы потом шантажировали меня до конца дней. Меня бы обобрали до нитки — или отправили бы на виселицу.
Монк смотрел на него. К сожалению, его слова очень походили на правду. Уигтайт был паразитом, но далеко не глупцом. Он бы не прибег к помощи убийц даже из-за огромного долга. Если бы он замыслил преступление, он бы организовал его куда умнее. Физическое давление на должника — да, возможно, но только не зверское убийство в собственном доме!
Однако Монк хотел убедиться до конца, что ростовщик действительно ни при чем.
— Чего же вы тогда ждали? — невыразительно спросил он. — Почему сразу не постарались найти и уничтожить эти расписки?
Уигтайт понял, что выкрутился. Это ясно читалось на его круглой лоснящейся физиономии.
— Во-первых, раньше там было полно настоящих полицейских, — ответил он. — Сновали туда-сюда. — Он развел руками. Монку очень хотелось поймать его на лжи, но все пока звучало вполне убедительно. — Слишком велик был риск, — продолжал Уигтайт. — Пришлось бы много заплатить тем, кого я нанял; они бы решили, что я чего-то боюсь. И потом, вы же поначалу искали случайных воров. А после все изменилось, вы заинтересовались денежными делами Грея…
— Откуда вы знаете?
Монк верил ему, но на всякий случай продолжал цепляться к каждой неувязке.
— Слухи-то расходятся. Вы встретились с его портным, с виноторговцем, стали проверять его счета…
Монк вспомнил, что действительно давал Ивэну такие задания. Похоже, у ростовщика везде имелись глаза и уши. Да иначе и быть не могло — Уигтайт должен был изучать своих клиентов, узнавать их привычки и слабости, искать уязвимые места. Боже, как он ненавидел таких людей!
— О… — Как ни старался Монк, ему все же не удалось скрыть разочарования. — В следующий раз я буду более осмотрителен при расследовании.
Уигтайт холодно улыбнулся: