Виктор отмел возмущение Жозефа одним щелчком.
– Господин Даглан, могу я попросить вас об услуге?
– Слушаю вас.
– Вечером мы всей семьей отправимся на выставку, чтобы взглянуть на полотно моей супруги, выставленное в Большом дворце. Ихиро Ватанабе проверяет билеты на входе в театр Лои Фуллер, на нем традиционный японский костюм…
– Кто такой Ихиро Ватанабе?
– Родственник. Снимает у нас на улице Сен-Пер мансарду на шестом этаже. По этой причине его и могут спутать с господином Мори…
– Не понял.
– Ихиро Ватанабе взмолился перед Мори, чтобы тот заменил его у входа в театр. Он скован смертельным страхом. Вы прекрасно понимаете, что он и есть цель, которую злоумышленники хотят уничтожить.
– Понятно. Вот трус! Хочет, чтобы вместо него укокошили другого человека, и не испытывает при этом ни малейших угрызений совести. Господин Мори согласился выполнить эту опасную миссию?
– Мы не знаем, он непредсказуем.
– Театр Лои Фуллер? Это там обретается необычная певичка с раскосыми глазами, исполняющая таинственные песни, умирающая на сцене под музыку с непокрытой головой, но не позволяющая своему цветастому платью приоткрыться хотя бы на йоту?
– Сада Якко.
– Верно. Я сгораю от желания с ней познакомиться. Значит, вы хотите, чтобы я взял под наблюдение вход в театр и присмотрел за японцем, проверяющим билеты, кем бы он ни был?
– Если это вас не затруднит.
– Черт бы вас побрал, Легри! Вы не ищете окольных путей, мне там могут здорово общипать перышки. Мне кажется, что за этим Ихиро Ватанабе из прошлого тянется какой-то дурной след.
– Так оно и есть, он был замешан в…
– Больше ни слова, Легри! У меня нет ни малейшего желания вникать в подробности. Желая прикрыть зад, человек не станет взваливать на плечи чужую ношу. Считайте, что мы договорились, вечером я заступаю на пост у театра. Один совет: действуйте без промедления. Вы не знаете, что произойдет на следующем этапе. Нужно убедить господина Мори в том, что ему угрожает опасность, и если он тайком уедет из города, это будет вполне оправданно.
– Задача не из простых, – проворчал Жозеф.
– Вы наделены воображением литератора, господин Пиньо, так что как-нибудь выкрутитесь. Засим разрешите откланяться.
– Последний вопрос, господин Даглан. Как вы считаете, что означает «ОМОДО»? – спросил Виктор.
– Может, подпись, может, пароль. Обращаю ваше внимание на одну деталь: популярность мне ни к чему, поэтому мы с вами не знакомы. Если у меня будут новости, я сам выйду с вами на контакт. Всего доброго, господа.
– А если возникнет срочная надобность? – гнул свое Жозеф.
– По понедельникам и средам я ровно в полдень обедаю в «Пикколо нуво» на улице Лион. Так называется итальянская харчевня, хозяина которой зовут Анхиз.
Едва успев вымолвить эти слова, он тут же испарился.
– Как думаете, Жозеф, ему можно верить?
– Вы полагаете, он темнит?
– Не спорю, этот человек весьма симпатичен, но у нас нет доказательств того, что он не замыслил какой-то тайный план, ускользающий от нашего понимания. Как бы там ни было, мы не должны относиться к его словам легкомысленно.
– Если вы не были уверены в его искренности, то почему сообщили, где найти Ихиро?
– Даглан – бесспорный король воров, но не убийца. Мне неведомо, какие мотивы им движут, но он прекрасно осведомлен, иначе откуда ему было узнать, где меня найти? Домашний адрес я не сообщаю никому и никогда.
Жозеф, чье внимание неожиданно привлекла группка ребятишек, катящих перед собой обручи, замурлыкал под нос какую-то мелодию.